- Про законодательство
Применение защиты прав потребителей
к участникам рынка финансовых услуг
Отечественная практика
Комментарий: Общим для российской практики применения защиты прав потребителей к отношениям, возникшим по поводу оказания финансовых услуг (договор банковского вклада, кредитный договор, договор страхования) является констатация того, что Закон "О защите прав потребителей" не может быть полностью применен к данным отношениям, поэтому споры в судебной практике возникают только по поводу применения общих положений данного закона к тому или иному из перечисленных договоров, связанных с оказанием финансовых услуг.Тем не менее, применение или неприменение общих положений Закона о защите прав потребителей имеет важные правовые последствия:
- возможно ли предъявления требования о возмещении морального вреда?
- применяется ли к истцу альтернативная подсудность? И как следствие, какой суд является надлежащим для разрешения спора с участием "потребителя"?
- освобождается ли истец от уплаты государственной пошлины?
Помимо Закона РФ "О защите прав потребителей" большое значение имеют следующие разъясняющие акты:
- Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.1994 N (ред. от 11.05.2007) "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей".
- Письмо ГКАП РФ от 14.10.1996 N НФ/4385 "О разъяснении некоторых положений Закона РФ "О защите прав потребителей".
Общие положения
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.1994 N (ред. от 11.05.2007) "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей".
"…Отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать … из договоров на оказание финансовых услуг, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя - гражданина, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, в том числе предоставление кредитов, открытие и ведение счетов клиентов - граждан, осуществление расчетов по их поручению, услуги по приему от граждан и хранению ценных бумаг и других ценностей, оказание им консультационных услуг; и других договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Кроме того, с 20 декабря 1999 года (времени опубликования Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" от 17 ноября 1999 года) отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договора банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, и других договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности…"
Банковский вклад
Комментарий: Судебная практика, основываясь на разъяснениях Верховного суда РФ применяет общие положения защиты прав потребителя к договору банковского вклада. Вопрос в том, с какого времени данная защита применяется?Позиция Верховного суда РФ - с 20 декабря 1999 года;
Позиция ГКАП РФ – с 20мая 1998г.
Суды общей юрисдикции придерживаются последней позиции.
Судебная практика:
Кассационное определение Нижегородского областного суда от 12 февраля 2008 г. N 33-744
«…Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.94 N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" - отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договоров розничной купли-продажи; аренды, включая прокат; коммунальных услуг; из договоров на оказание финансовых услуг, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя - гражданина, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, в том числе предоставление кредитов, открытие и ведение счетов клиентов - граждан, осуществление расчетов по их поручению, услуги по приему от граждан и хранению ценных бумаг и других ценностей, оказание им консультационных услуг; и других договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Следовательно, отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договора банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин.
Приказом Государственного антимонопольного комитета Российской Федерации от 20 мая 1998 года N 160 утверждены Разъяснения "О некоторых вопросах, связанных с применением Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", согласно которому
Договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, в соответствии с пунктом 2 статьи 834 Гражданского кодекса Российской Федерации признается публичным договором.
Это возмездный договор, содержание которого - оказание банком услуги вкладчику. Следовательно, отношения, вытекающие из договора банковского вклада с участием гражданина, регулируются Законом "О защите прав потребителей".
Вместе с тем отношения банка и его клиентов (вкладчиков) по внесению ими в банк денежных сумм (вкладов), их возврату и выплате процентов по ним, а также правовые последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по данному договору регулируются главой 44 "Банковский вклад" Гражданского кодекса Российской Федерации, а также специальным законодательством.
С учетом изложенного и положений статьи 39 Закона "О защите прав потребителей" к отношениям, вытекающим из договора банковского вклада с участием гражданина, должны применяться общие правила Закона "О защите прав потребителей" о праве граждан на предоставление информации, о возмещении морального вреда, об альтернативной подсудности и освобождении от уплаты государственной пошлины… »
Справка по вопросам применения законодательства о защите прав потребителей (Утверждена президиумом Пермского областного суда 25.08.2006)
«…С 20 декабря 1999 г. (со времени опубликования Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей") отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договора банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, и других договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (Постановление Пленума ВС РФ в ред. от 21.11.2000 N 32).
Приказ Министерства РФ по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства от 20 мая 1998 г. N 160 "Об утверждении разъяснений "О некоторых вопросах, связанных с применением Закона РФ "О защите прав потребителей" (зарегистрирован в Минюсте России 28 декабря 1998 г. N 1699) относит договор банковского вклада к договорам, которые по смыслу ст. 39 Закона РФ "О защите прав потребителей" не подпадают под действие гл. 3 "Защита прав потребителей при выполнении работ (оказании услуг)" данного Закона. В связи с этим, по мнению МАП России, правовые последствия неисполнения таких договоров устанавливаются ГК РФ и другими законами, регулирующими эти отношения.
По мнению МАП России, к договорам банковского вклада Закон РФ "О защите прав потребителей" должен применяться в части общих правил…»
Определение Судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 6 июля 2005 г. N 33-2137
В районный суд г. Омска обратился гражданин Р. с исковым заявлением к ОАО АК СБ РФ о взыскании суммы вклада и процентов за пользование чужими денежными средствами.
Определением районного суда исковое заявление Р. было оставлено без движения в порядке ч. 2 ст. 136 ГПК РФ за непродоставление документа, подтверждающего оплату государственной пошлины.
Судья районного суда г. Омска, оставляя исковое заявление Р. без движения и, обязывая его произвести уплату государственной пошлины, полагал, что, поскольку правоотношения с банком у истца возникли в 1993 году, а требования, вытекающие из договоров на оказание финансовых услуг, стали регулироваться Законом РФ «О защите прав потребителей» только с 21 декабря 1999 года, оснований для неуплаты истцом истцом госпошлины не имеется.
Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда, рассмотрев дело в кассационном порядке,
определение районного суда отменила, дело направило на новое рассмотрение в тот же районный суд по следующим основаниям.
Ошибочный вывод районного суда г. Омска был основан на мнении судьи, что действие Закона РФ «О защите прав потребителей» распространяется на отношения, возникающие из договора банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, только со времени опубликования ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон РФ «О защите прав потребителей» от 17.11.1999 г., а именно с 20 декабря 1999 года.
Однако еще п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда от 29 сентября 1994 г. № 7 «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» было установлено, что отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договора банковского вклада, в котором вкладчик является гражданин, и других договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Поскольку данные договоры изначально являлись договорами по оказанию услуг гражданам, вытекающие из них отношения регулируются общими нормами Закона РФ «О защите прав потребителей»: о праве на информацию, о возмещении морального вреда, об альтернативной подсудности, об освобождении от уплаты государственной пошлины и другими.
Применение защиты прав потребителей к участникам рынка финансовых услуг
Отечественная практика
Комментарий: Общим для российской практики применения защиты прав потребителей к отношениям, возникшим по поводу оказания финансовых услуг (договор банковского вклада, кредитный договор, договор страхования) является констатация того, что Закон "О защите прав потребителей" не может быть полностью применен к данным отношениям, поэтому споры в судебной практике возникают только по поводу применения общих положений данного закона к тому или иному из перечисленных договоров, связанных с оказанием финансовых услуг.Тем не менее, применение или неприменение общих положений Закона о защите прав потребителей имеет важные правовые последствия:
- возможно ли предъявления требования о возмещении морального вреда?
- применяется ли к истцу альтернативная подсудность? И как следствие, какой суд является надлежащим для разрешения спора с участием "потребителя"?
- освобождается ли истец от уплаты государственной пошлины?
Помимо Закона РФ "О защите прав потребителей" большое значение имеют следующие разъясняющие акты:
- Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.1994 N (ред. от 11.05.2007) "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей".
- Письмо ГКАП РФ от 14.10.1996 N НФ/4385 "О разъяснении некоторых положений Закона РФ "О защите прав потребителей".
Общие положения
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.1994 N (ред. от 11.05.2007) "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей".
"…Отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать … из договоров на оказание финансовых услуг, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя - гражданина, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, в том числе предоставление кредитов, открытие и ведение счетов клиентов - граждан, осуществление расчетов по их поручению, услуги по приему от граждан и хранению ценных бумаг и других ценностей, оказание им консультационных услуг; и других договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Кроме того, с 20 декабря 1999 года (времени опубликования Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" от 17 ноября 1999 года) отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договора банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, и других договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности…"
Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного федерального округа Российской Федерации от 24 октября 2007 года по делу № А05-3518/2007
Федеральный арбитражный суд Северо-Западного федерального округа в составе председательствующего О. Г.Сосниной, судей А. А. Кустова и В. В. Старченковой, рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу прокурора Октябрьского района города Архангельска на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 июля 2007 года по делу № А05-3518/2007 (судьи В. А. Богатырева, Т. В. Маганова, О. Ю. Пестерева), установил:Прокурор Октябрьского района города Архангельска (далее — прокурор) обратился в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением об отмене постановления Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Архангельской области (далее — Управление) от 19.02.2007 № 288/2007 о прекращении в отношении Коммерческого банка «Северный кредит» (закрытое акционерное общество; далее — Банк) производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью второй статьи 14.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ), в части, касающейся включения Банком в заключаемые с физическими лицами договоры потребительского кредита условия о праве кредитора в одностороннем порядке увеличить на 1% размер процентной ставки за пользование кредитом в случае неисполнения или ненадлежащего, в том числе несвоевременного, исполнения заемщиком обязанности ежеквартально, в срок не позднее последнего рабочего дня квартала, предоставлять кредитору справку о доходах за последние 3 месяца по форме Банка, заверенную работодателем (с учетом последующего уточнения).
Решением от 17 апреля 2007 года (судья К. А. Сметанин), оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 июля 2007 года, в удовлетворении заявления прокурора отказано.
В кассационной жалобе прокурор просит отменить постановление апелляционной инстанции и передать дело на новое рассмотрение, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права.
По мнению подателя жалобы, возможность включения в договор банковского кредита, являющийся публичным договором присоединения, условия об увеличении кредитором в одностороннем порядке процентной ставки по кредиту в связи с невыполнением заемщиком обязательств по предоставлению необходимых документов (справок о его финансовом состоянии) не предусмотрена действующим законодательством Российской Федерации. Данное условие противоречит принципам соразмерности, равенства перед законом и судом, равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности и является ущемлением прав потребителей.
Участники процесса надлежащим образом извещены о времени и месте слушания дела, однако в судебное заседание своих представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.
Законность решения и постановления апелляционной инстанции проверена в кассационном порядке.
Как следует из материалов дела, прокуратурой Октябрьского района города Архангельска проведена проверка деятельности Банка на предмет соответствия договоров потребительского кредита, заключаемых с физическими лицами, положениям законодательства в сфере защиты прав потребителей.
В ходе проверки 12 декабря 2006 года установлено, что в заключаемые с физическими лицами договоры потребительского кредита Банком включено, в частности, условие о праве кредитора в одностороннем порядке увеличить на 1% размер процентной ставки за пользование кредитом в случае неисполнения или ненадлежащего, в том числе несвоевременного, исполнения заемщиком обязанности ежеквартально, в срок не позднее последнего рабочего дня квартала, предоставлять кредитору справку о доходах за последние 3 месяца по форме Банка, заверенную работодателем (пункты 3.3.1, 4.2 договоров потребительского кредита).
Прокурор, посчитав, что включение в договоры потребительского кредита указанного условия является незаконным и ущемляет права потребителей, 15 декабря 2006 года вынес постановление о возбуждении в отношении Банка дела об административном правонарушении, предусмотренном частью второй статьи 14.8 КоАП РФ, и направил его для рассмотрения в Управление.
Постановлением Управления от 19 февраля 2007 года № 288/2007 в отношении Банка прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью второй статьи 14.8 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
Не согласившись с указанным постановлением Управления, прокурор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.
Отказывая в удовлетворении заявления прокурора, суд указал, что включение в договор потребительского кредита, не являющийся договором присоединения, условий, касающихся предоставления дополнительной информации, не противоречит действующему гражданскому и банковскому законодательству и не нарушает права потребителей, а также сослался на пропуск прокурором срока подачи заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности, установленного частью 2 статьи 208 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ).
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, кассационная инстанция пришла к следующему.
Как установлено частью 1 статьи 2.1 КоАП РФ, административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.
Таким образом, обязательным элементом состава административного правонарушения является противоправность совершенного физическим или юридическим лицом деяния.
В соответствии с частью 2 статьи 14.8 КоАП РФ включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от ста до двухсот минимальных размеров оплаты труда.
В заключаемые Банком с физическими лицами договоры потребительского кредита включено, в частности, условие о праве кредитора в одностороннем порядке увеличить на 1% размер процентной ставки за пользование кредитом в случае неисполнения или ненадлежащего, в том числе несвоевременного, исполнения заемщиком обязанности ежеквартально, в срок не позднее последнего рабочего дня квартала, предоставлять кредитору справку о доходах за последние 3 месяца по форме Банка, заверенную работодателем (пункты 3.3.1, 4.2 договоров потребительского кредита).
В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней.
В соответствии с пунктом 1 статьи 450 ГК РФ изменение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.
К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для договоров займа, если иное не предусмотрено правилами параграфа 2 главы 42 ГК РФ и не вытекает из существа кредитного договора (пункт 2 статьи 819 ГК РФ).
Пунктом 1 статьи 809 ГК РФ установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.
Согласно статье 29 Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам) и комиссионное вознаграждение по операциям устанавливаются кредитной организацией по соглашению с клиентами, если иное не предусмотрено федеральным законом. Кредитная организация не имеет права в одностороннем порядке изменять процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам), комиссионное вознаграждение и сроки действия этих договоров с клиентами, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом или договором с клиентом.
Принимая во внимание содержание указанных норм права, включение Банком в договоры потребительского кредита, заключаемые с физическими лицами, спорного условия, предоставляющего Банку право в одностороннем порядке увеличивать размер платы за пользование кредитом в случае нарушения заемщиком установленной договором обязанности по представлению кредитору информации о своих доходах, не является противоправным в административно-правовом смысле.
Вместе с тем данное обстоятельство не лишает заинтересованных лиц права оспаривания указанных договоров в порядке, установленном действующим гражданским законодательством.
Как установлено пунктом 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.
При таких обстоятельствах производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 14.8 КоАП РФ, в отношении Банка правомерно прекращено постановлением Управления от 19 февраля 2007 года № 288/2007, и суды обеих инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для его отмены.
В материалах настоящего дела не имеется доказательств, подтверждающих вывод суда первой инстанции о пропуске прокурором срока подачи заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности, установленного частью 2 статьи 208 АПК РФ, однако это не привело к принятию неправильных судебных актов по существу спора.
Суд кассационной инстанции при рассмотрении дела проверяет законность принятых по делу судебных актов, устанавливая правильность применения судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов арбитражного суда о применении норм права установленным им по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (статья 286 АПК РФ). Кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, на основании которых суды сделали вывод относительно фактических обстоятельств дела.
Нарушений или неправильного применения судами обеих инстанций норм материального либо процессуального права, которые привели к принятию неправильных судебных актов, кассационная инстанция не усматривает.
С учетом изложенного оснований для отмены или изменения принятых по делу судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.
Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа постановил:
Решение Арбитражного суда Архангельской области от 17 апреля 2007 года и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 июля 2007 года по делу № А05-3518/2007 оставить без изменения, а кассационную жалобу прокурора Октябрьского района города Архангельска — без удовлетворения.
Условия договоров «Оказания финансовых услуг», ущемляющие права потребителя (на примере кредитного договора)
Обзор российской судебной практики
1. Ограничение договором альтернативной подсудности
2. Установление штрафных санкций за досрочное погашение кредита, за нарушение сроков оплаты кредита
3. Обязанность заемщика не осуществлять распорядительных сделок без уведомления (согласия) банка
4. Обязанность заемщика до момента выдачи кредита застраховать транспортное средство
5. Право банка на одностороннее изменение процентной ставки по кредитному договору
6. Выдача денежных средств физическим лицам только после открытия ссудного счета и уплаты комиссии по нему
7. Право банка на односторонний отказ от исполнения кредитного договора
Общий комментарий: Защита прав потребителей осуществляется не только с помощью средств гражданского права, но и при помощи применения административной ответственности за нарушение прав потребителей, чему в Кодексе об административных правонарушениях посвящены статьи 14.7 («Обман потребителей») и 14.8 (Нарушение иных прав потребителей»).
Для отношений, возникающих при оказании финансовых услуг, наибольшее значение имеет последняя статья, при применении которой арбитражные суды указывают, какие именно условия договора, связанного с оказанием «финансовых услуг», ущемляют права потребителя.
Подавляющее число судебных решений, относящихся к применению данной статьи к договорам «оказания финансовых услуг», связано с кредитными правоотношениями, поэтому данный обзор посвящен условиям кредитного договора, признаваемым или не признаваемым судебной практикой, ущемляющими права потребителя.
1. Ограничение договором альтернативной подсудности
Комментарий: Суды по-разному отвечают на вопрос, правомерно ли установление в кредитном договоре договорной подсудности в случае разрешения спора в суде.
Позиция судов, считающих, что такое условие ничтожно основано на том, что потребитель является слабой стороной договора и ограничение альтернативной подсудности, установленной Законом РФ «О защите прав потребителей», ущемляет его права.
Противоположная позиция, основанная на анализе норм процессуального законодательства о подсудности, позволяющих изменять альтернативную подсудность.
Существует и третья позиция, в силу которой установление договорной подсудности не ущемляет права потребителя, поскольку не ограничивает применение норм Закона «О защите прав потребителей» о подсудности, то есть не имеет правового значения.
Позиция 1: Ограничение договором кредита подсудности разрешения спора ущемляет права потребителя и является ничтожным.
Судебная практика:
Постановление ФАС Поволжского округа от 16.05.2008 по делу N А72-8123/07-4
«..Пункт 7.4 кредитного договора устанавливает, что споры, возникающие между сторонами в процессе заключения и исполнения настоящего договора, будут передаваться на рассмотрение в суд по месту нахождения кредитора…
Включив в договор такое условие, Банк ограничил право заемщика на предъявление иска в суд по месту жительства или пребывания истца; по месту заключения или исполнения договора, а также по месту нахождения филиала Банка.
Исходя из того, что содержащееся в пункте 7.4 кредитного договора условие ущемляет установленные законом права потребителя, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о наличии в действиях ЗАО АКБ "ГАЗБАНК" состава правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.8 КоАП РФ…»
Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 14.05.2008 N А33-12575/07-Ф02-1933/08 по делу N А33-12575/07
«…Пунктом 7.5 договора установлено, что споры, возникающие или могущие возникнуть из настоящего договора, разрешаются в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации в судебном порядке: иск (иные исковые требования) к банку предъявляются в постоянно действующий третейский суд при ООО "ЮК "Правовые гарантии", зарегистрированный Администрацией Центрального района г. Красноярска, согласно регламенту суда. Решение данного суда является окончательным, обязательным и обжалованию не подлежит; иск (неисковые требования) к заемщику предъявляются в суд общей юрисдикции по последнему известному месту его регистрации.
Пункт 7.5 договора противоречит действующему законодательству "О защите прав потребителей" и ущемляет права потребителя.
Из статьи 17 Закона "О защите прав потребителей" следует, что иски о защите прав потребителей предъявляются по выбору истца по месту нахождения организации, жительства или пребывания истца, заключения или исполнения договора.
Право изменять предусмотренную территориальную подсудность спора по соглашению сторон правомерно не принято судом двух инстанций. Суд правильно указал, что потребитель является слабой стороной в отношениях с банком, в связи с чем потребителю предоставлено право выбора при предъявлении иска к банку.
Таким образом, суды двух инстанций пришли к правильному выводу о том, что пункты 3.6, 4.3.1, 4.3.2, 4.3.3, 4.5, 5.1, 7.5 кредитного договора от 21.03.2007 N 3900-503/00033 ущемляют права потребителя и, следовательно, действия ОАО "Банк УРАЛСИБ" правомерно были квалифицированы по части 2 статьи 14.8 КоАП РФ.
Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что:
1. Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" можно применять только по аналогии закона,
2. трактовка кредита как услуги не находит подтверждения при анализе норм гражданского права,
3. отсутствует противоправность деяния, уже являлись предметом полной и всесторонней оценки суда первой и апелляционной инстанций…
Позиция 2: Ограничение договором кредита подсудности разрешения спора не ущемляет права потребителей, поскольку не отменяет альтернативной подсудности, установленной законом.
Судебная практика:
Постановление ФАС Московского округа от 28.04.2008 N КА-А400/3309-08 по делу N А40-59845/07-148-368
«…Вывод судов о том, что пункт 5 раздела VI договора, определяющий договорную подсудность, не нарушает требования ст. 17 Закона "О защите прав потребителей", является правильным. Так, данная норма регулирует судебную защиту прав потребителей, данный пункт договора не ограничивает права лица, заключившего договора, в случае возникновения спора по правам потребителя обратиться в соответствующем порядке за защитой своих прав…»
Позиция 3: Ограничение договором кредита подсудности разрешения спора не ущемляет права потребителя и является действительным.
Судебная практика:
Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 03.06.2008 N Ф04-3371/2008(5843-А45-23) по делу N А45-906/2008-59/28
«…Как следует из материалов дела, при анализе кредитного договора, заключенного Банком с потребителем в Новосибирском филиале, установлено, что Банком включено в договор условие, ущемляющее права потребителя по сравнению с Законом о защите прав потребителей, а именно: пунктом 8.2 договора предусмотрено рассмотрение споров, в случае невозможности достижения согласия, в судебном порядке мировым судьей, либо судом общей юрисдикции в соответствии с их компетенцией, определенной действующим законодательством, по фактическому местонахождению Банка либо его обособленного подразделения, выдавшего кредит.
Управление считает, что данный пункт договора ущемляет право потребителя, предусмотренной частью 7 статьей 29 ГПК РФ и пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей, согласно которым иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены по выбору истца в суд по месту: нахождения организации, пребывания истца, заключения или исполнения договора. Включение в кредитный договор условий, лишающих потребителя законного права выбора способа защиты в суде по территориальному признаку, ущемляет его права…
Подсудность споров по искам о защите прав потребителей устанавливается частью 7 статьи 29 ГПК РФ (альтернативная подсудность), следовательно, может быть изменена сторонами в условиях договора в порядке статьи 32 ГПК РФ, поскольку не отнесена законом к исключительной.
Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
При таких обстоятельствах, установив, что спорный пункт 8.2 кредитного договора не ущемляет права потребителя и не противоречит действующему законодательству, арбитражный суд правомерно признал незаконным постановление Управления о привлечении Банка к административной ответственности…»
Справка по результатам обобщения судебной практики рассмотрения дел о защите прав потребителей (подготовлена судебной коллегией по гражданским делам Свердловского областного суда, отделом обобщения судебной практики 03.05.2005)
«…5. Договорная подсудность (ст. 32 ГПК РФ), согласно которой стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству.
В практике судов возникает вопрос о соотношении норм договорной подсудности и альтернативной подсудности, в частности, по делам о защите прав потребителей.
Так, С. обратилась в суд с иском о расторжении договора купли-продажи автомобиля, взыскании стоимости этого автомобиля, неустойки, расходов, возмещении морального вреда с продавца ЗАО "ОВОД". Свои требования истица предъявила в соответствии с Законом. Ответчик представил ходатайство о передаче дела на рассмотрение в Таганский районный суд г. Москвы по месту нахождения ЗАО "ОВОД" на основании п. 6.4 договора купли-продажи, установившего подсудность разрешения споров по месту нахождения ответчика. Представитель истца в судебном заседании возражал против удовлетворения ходатайства ответчика о передаче дела в другой суд. Определением Первоуральского городского суда ходатайство ответчика было удовлетворено.
Судебная коллегия по гражданским делам указанное определение отменила, указав, что в силу п. 7 ст. 29 ГПК РФ и ст. 17 Закона иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены в суд по месту жительства истца (потребителя). Ссылки на то, что договором между сторонами определена договорная подсудность, не должны приниматься во внимание, поскольку согласно ст. 16 Закона условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Согласно этой норме закона, условия договора, лишающие истицу, предусмотренного ст. 17 Закона права на обращение в суд с иском о защите прав потребителя по месту своего жительства, являются недействительными, как ущемляющие права потребителя, предусмотренные 7 ст. 29 ГПК РФ и ст. 17 Закона (дело N 33-6043).
Однако судебная коллегия не учла, что в силу ст. 32 ГПК РФ не может быть изменена соглашением сторон только подсудность, установленная статьями 26, 27 и 30 ГПК РФ, т.е. родовая и исключительная территориальная подсудность. Соответственно, нет ограничений по изменению по соглашению сторон правил общей и альтернативной подсудности. Именно при заключении договора, в котором имеется условие о подсудности, потребитель и может воспользоваться своим правом выбора между несколькими судами, что не противоречит ни ст. 32 ГПК РФ, ни п. 2 ст. 17 Закона. В частности, такая позиция Верховного Суда Российской Федерации изложена в определении по аналогичному делу…»
Определение Верховного суда РФ от 19.11.1999
«…Ни ст. 119 ГПК РСФСР, ни ст. 17 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" подсудность дел по искам, связанным с нарушением прав потребителей, не отнесена к исключительной подсудности. Эта категория дел в соответствии с действующим гражданским процессуальным законодательством рассматривается районными судами.
Утверждение президиума Верховного суда Республики Татарстан о том, что п. 8.1 заключенного между сторонами договора ухудшает положение потребителя, ошибочно.
Гражданин С. при заключении договора воспользовался своим правом выбора между несколькими судами, что не противоречит ни ст. 120 ГПК РСФСР, ни ст. 17 упомянутого Закона.
Кроме того, ст. 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", согласно которой условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными, регулирует правоотношения, возникающие из договора купли - продажи, носящие материально - правовой характер.
Нельзя согласиться и с доводом президиума Верховного суда Республики Татарстан об отсутствии между сторонами договоренности об изменении подсудности именно для данного дела, поскольку, как видно из положения п. 8.1 договора от 18 июня 1997 г., гражданин С. и ЗАО "Арманд-Пежо" пришли к соглашению и определили, что любые спорные вопросы, разногласия либо претензии, которые могут возникнуть или касаются настоящего договора, решаются в народном суде г. Москвы, т.е. определили подсудность для всех дел, связанных с исполнением договора, в том числе и для этого дела…
2. Установление штрафных санкций за досрочное погашение кредита, за нарушение сроков оплаты кредита
Комментарий: В целом судебная практика исходит из того, что установление штрафных санкций за нарушение срока оплаты кредита, оплаты процентов и так далее не ущемляет права потребителя и является действительным, поскольку такие санкции обеспечивают надлежащее исполнение потребителем своих обязательств.
Однако установление в договоре таких санкций за досрочное погашение кредита признается судебной практикой ничтожной, поскольку досрочное погашение кредита не является неисполнением или ненадлежащим исполнением кредитного договора.
2.1. Неустойка за досрочное погашение кредита ничтожна
Судебная практика:
Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 14.05.2008 N А33-12575/07-Ф02-1933/08 по делу N А33-12575/07
“…В пункте 3.6 кредитного договора установлено право банка взыскивать с заемщика неустойку в размере 5 (пять) % от суммы кредита в случае досрочного погашения кредита заемщиком в течение 6 месяцев с даты его выдачи в сумме, превышающей 100 (сто) рублей.
Названный пункт противоречит гражданскому законодательству, а именно статьям 315, 330, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации и ущемляет права потребителей.
Статьей 315, пунктом 2 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность досрочного исполнения заемщиком обязательства по кредитному договору. Указанные статьи не предусматривают такого условия досрочного возврата кредита как взыскание неустойки с заемщика. Как следует из смысла названных статей, есть одно условие досрочного возврата суммы кредита - согласие заимодавца.
Довод заявителя кассационной жалобы о том, что досрочное исполнение представляет собой ненадлежащее исполнение обязательств, в связи с чем банк вправе взыскать с заемщика неустойку, проверен.
В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
Досрочное исполнение договора не свидетельствует о неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства, поскольку право заемщика досрочно исполнить обязательство по кредитному договору предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации…»
Постановление ФАС Уральского округа от 13.12.2006 N Ф09-11016/06-С1 по делу N А60-27250/06
«.Согласно п. 2.4 договора для учета задолженности заемщика банк открывает ссудный счет. Пунктом 7.2 договора предусмотрено, что при досрочном полном погашении задолженности заемщик обязан в полном объеме уплатить оставшуюся часть суммы комиссии за обслуживание и сопровождение кредита, непогашенную на дату досрочного погашения, что противоречит ст. 810, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Таким образом, вывод суда о нарушении обществом положений ст. 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" и правомерности привлечения общества к административной ответственности является законным и обоснованным…»
Также см. документы:
Постановление ФАС Дальневосточного округа от 23.04.2008 N Ф03-А04/08-2/243 по делу N А04-6522/07-3/153
Постановление ФАС Дальневосточного округа от 11.04.2008 N Ф03-А04/07-2/6096 по делу N А04-2699/07-1/328
2.2. Неустойка за нарушение срока оплаты кредиты и процентов по нему действительна
Судебная практика:
Постановление ФАС Уральского округа от 27.03.2008 N Ф09-1930/08-С1 по делу N А60-32287/07
«…доводы судов о том, что условие о взимании пени за нарушение срока возврата основного долга (очередной части кредита) не соответствует законодательству и нарушает права потребителя, суд кассационной инстанции признает ошибочными.
Делая вывод о неправомерности включения банком в кредитный договор данного условия, суды исходили из того, что ч. 2 ст. 811 Гражданского кодекса Российской Федерации императивно предусматривает право банка требовать досрочного возврата кредита вместе с причитающимися процентами, а также из того, что иных последствий нарушения срока возврата очередной части суммы займа данной нормой не предусмотрено.
Выводы судов в данной части ошибочны, поскольку названная норма является диспозитивной и предусматривает как право кредитора потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами (ч. 2 ст. 811 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и возможность взыскания с заемщика процентов на сумму основного долга в размере, предусмотренном п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (если иной размер процентов не предусмотрен законом или договором), независимо от уплаты процентов, предусмотренных п. 1 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 1 ст. 811 Гражданского кодекса Российской Федерации). Из содержания данной нормы следует, что она не запрещает включать в кредитный договор условия о взыскании в указанном случае каких-либо штрафных санкций, следовательно, судами неправильно истолкован п. 2 ст. 811 Гражданского кодекса Российской Федерации применительно к Федеральному закону N 2300-1…»
Постановление ФАС Поволжского округа от 16.05.2008 по делу N А72-8123/07-4
«…Пунктом 1 статьи 809 ГК РФ установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.
Согласно статье 29 Федерального закона от 02 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности" процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам) и комиссионное вознаграждение по операциям устанавливаются кредитной организацией по соглашению с клиентами, если иное не предусмотрено Федеральным законом.
При этом нормы Закона о защите прав потребителей", ГК РФ и Федерального закона "О банках и банковской деятельности" не запрещают кредитной организации, помимо процентов за пользование кредитом, взимать с заемщиков плату за размещение денежных средств (единовременной или ежемесячной). Как видно из содержания пункта 1.5 кредитного договора, обязанность по внесению заемщиком в Банк платы за размещение денежных средств не обусловлена никакими иными услугами Банка.
Содержащееся в пункте 6.1 кредитного договора условие об обязанности заемщика (потребителя) по уплате Банку неустойки в случае нарушения заемщиком сроков возврата кредита и (или) уплаты процентов за пользование кредитом, а также сроков внесения платы за размещение денежных средств, также не ущемляет установленные законом права потребителя, поскольку нормы Закона о защите прав потребителей не содержат ограничений в применении неустоек для обеспечения обязательств потребителей (в данном случае заемщика перед Банком). Возможность применения неустойки, как способа обеспечения обязательства, предусмотрена главой 23 ГК РФ…»
3. Обязанность заемщика не осуществлять распорядительных сделок без уведомления (согласия) банка
Обязанность заемщика не осуществлять распорядительных сделок без уведомления (согласия) банка ничтожна
Комментарий: Позиция судебной практики состоит в том, что обязанность заемщика не осуществлять сделки, способные привести к распоряжению имуществом (заключать договор поручительства, залога и т.д.) является ничтожной, поскольку ограничивает осуществление потребителем гражданских прав, что может быть установлено законом, но не договором.
Судебная практика:
Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 14.05.2008 N А33-12575/07-Ф02-1933/08 по делу N А33-12575/07
«…Пунктами 4.3.1, 4.3.2, 4.3.3 кредитного договора закреплены обязанности заемщика не выступать поручителем иных лиц без письменного уведомления банка; не передавать в залог свое имущество третьим лицам без письменного согласия банка; не получать кредитов в иных кредитных организациях без письменного уведомления банка.
Указанные пункты противоречат положениям пункта 2 статьи 1, пунктов 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
Пункты 4.3.1, 4.3.2, 4.3.3 существенно ограничивают субъективные права граждан и ставят их реализацию в зависимость от воли третьего лица - банка. Граждане вправе самостоятельно, без согласия третьих лиц (в данном случае банка) заключать любые не противоречащие действующему законодательству сделки, в том числе, выступать поручителем, передавать в залог свое имущество, получать кредиты в кредитных организациях.
Довод заявителя кассационной жалобы о том, что пункты 4.3.1, 4.3.2, 4.3.3 не влекут для заемщика прекращения права выступать поручителем, передавать в залог свое имущество и получать кредиты и, следовательно, граждане вправе по своему усмотрению осуществлять принадлежащие им гражданские права, проверен.
Данные пункты договора ограничивают права заемщика, поскольку для реализации прав требуется согласие банка, что противоречит указанным нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и ущемляют права потребителей…»
Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 04.05.2008 N А33-13310/07-Ф02-1636/08 по делу N А33-13310/07
«…пунктом 6.3.10 договора предусмотрена обязанность заемщика не заключать сделки по получению заемщиком кредитов, предоставлению залога и (или) поручительства без письменного согласия банка;
…Согласно статье 9 Федерального закона от 26.01.1996 N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также правами, предоставленными потребителю Законом Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей".
Следовательно, отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать практически из любых договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, но не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Таким образом, выводы судов о том, что охрана отношений в сфере оказания финансовых услуг, связанных с предоставлением кредитов, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя-гражданина, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, регулируется законодательством о защите прав потребителей, является правильным.
4. Обязанность заемщика до момента выдачи кредита застраховать транспортное средство
Обязанность заемщика до момента выдачи кредита застраховать транспортное средство и представить в банк договор ОСАГО и договор страхования транспортного средства, ничтожна.
Комментарий: В данном постановлении суд применил к кредитному договору нормы потребительской защиты, а именно пункт 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, в силу которой запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Именно поэтому обязанность заемщика до момента выдачи кредита застраховать транспортное средство и представить в банк договор ОСАГО и договор страхования транспортного средства, была признана ничтожной, поскольку заключение кредитного договора было обусловлена банком страхованием имущества, принадлежащего заемщику.
Судебная практика:
Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 14.05.2008 N А33-12575/07-Ф02-1933/08 по делу N А33-12575/07
«…Пунктом 4.5 договора предусмотрена обязанность заемщика до момента выдачи кредита застраховать транспортное средство и представить в банк договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и договор страхования транспортного средства. При этом страховая сумма по договору страхования транспортного средства должна быть не ниже суммы кредита и процентов, причитающихся банку в течение срока действия договора страхования.
Заемщик обязан по истечении срока действия договора страхования пролонгировать его в указанной банком страховой компании, в случае непродления договора страхования в установленные сроки заемщик уплачивает банку неустойку в размере 100 (сто) рублей за каждый день просрочки.
В соответствии с частью 2 статьи 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг).
Обязывая заемщика застраховать приобретаемое им транспортное средство и гражданскую ответственность владельца транспорта, банк, как правильно отметил суд двух инстанций, обусловил заключение кредитного договора обязательным заключением договоров страхования транспортного средства и гражданской ответственности.
Статьей 927 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено добровольное и обязательное страхование. Обязательное страхование возможно лишь в случаях, установленных законом.
Пункт 4.5 договора противоречит указанным нормам и ущемляет права потребителя.
Заявитель кассационной жалобы ссылался на то, что статья 329 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает возможность обеспечения исполнения обязательств и другим способом, предусмотренным законом и договором, и называет в качестве такого способа договор страхования.
Из толкования статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации не следует, что к способам обеспечения исполнения обязательств относятся договор страхования транспортного средства и договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. Факт утраты или повреждения транспортного средства не означает автоматического нарушения заемщиком своих обязательств по кредитному договору, о чем указал суд апелляционной инстанции…»
5. Право банка на одностороннее изменение процентной ставки по кредитному договору
Комментарий: Суды по-разному отвечают на вопрос, правомерно ли право банка (займодателя) в одностороннем порядке изменять процентную ставку по кредитному договору.
Первая позиция состоит в том, что такое условие договора ничтожно, поскольку изменение процентной ставки является изменением условий договора, которое возможно только при наличии волеизъявления не одной, а обеих сторон договора.
Противоположная позиция основана на принципе свободы договора: заемщик, заключив кредитный договор, содержащий условие одностороннего изменения банком процентной ставки, выразил свое согласие на такое условие.
В тоже время необходимо обратить внимание на некоторые фактические обстоятельства, которые, возможно, повлияли на выводы судов.
В Постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа, отражающее первую позицию, изменение процентной ставки было возможно в случае изменения кредитной политики банка, ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, ставок на рынке межбанковских кредитов, то есть при изменении конъюнктурных рыночных условий.
В Постановлении ФАС Северо-Западного округа, отражающее вторую позицию изменение процентной ставки было возможно в случае нарушения заемщиком установленной договором обязанности по представлению кредитору информации о своих доходах, то есть в ситуации, имеющей признаки ненадлежащего исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору.
Позиция 1: Право банка на одностороннее изменение процентной ставки является ничтожным
Судебная практика:
Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 14.05.2008 N А33-12575/07-Ф02-1933/08 по делу N А33-12575/07
«…Пунктом 5.1 кредитного договора предусмотрено право банка в одностороннем порядке изменять размер процентов за пользование кредитом в случае изменения кредитной политики банка, ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, ставок на рынке межбанковских кредитов, направив письменное уведомление заемщику не позднее, чем за тридцать календарных дней до введения новых условий. При неполучении от заемщика в течение тридцати дней с даты отправления письменного уведомления отказа от новых условий кредитования, процентная ставка по кредиту считается измененной с даты, указанной в уведомлении.
Суды двух инстанций правильно посчитали, что данный пункт противоречит гражданскому законодательству и ущемляет права потребителей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.
Из смысла пункта 1 статьи 452, статьи 820 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что соглашение об изменении условий кредитного договора должно быть заключено в той же форме, что и кредитный договор, то есть в письменной форме.
Сделка в письменной форме совершается путем составления документа, выражающего ее содержание, подписанного лицом или лицами, совершающими сделку или должным образом уполномоченными ими лицами (пункт 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как видно из пункта 5.1, банк имеет возможность изменить условия договора в одностороннем порядке при неполучении от заемщика отказа от новых условий кредитования, что ущемляет права заемщика, поскольку заемщик не выразил свое согласие на изменение условий договора в письменной форме.
Довод заявителя кассационной жалобы о том, что в пункте 5.1 договора идет речь о возможности изменения размера процентов только с письменного согласия заемщика, не может быть учтен.
Пункт 5.1 кредитного договора не содержит такого условия изменения процентной ставки за пользование кредитом как получение от заемщика согласия, выраженного в письменной форме…»
Позиция 2: Право банка на одностороннее изменение процентной ставки является действительным
Судебная практика:
Постановление ФАС Северо-Западного округа от 24.10.2007 по делу N А05-3518/2007
«…В заключаемые Банком с физическими лицами договоры потребительского кредита включено, в частности, условие о праве кредитора в одностороннем порядке увеличить на 1% размер процентной ставки за пользование кредитом в случае неисполнения или ненадлежащего, в том числе несвоевременного, исполнения заемщиком обязанности ежеквартально, в срок не позднее последнего рабочего дня квартала, предоставлять кредитору справку о доходах за последние 3 месяца по форме Банка, заверенную работодателем (пункты 3.3.1, 4.2 договоров потребительского кредита).
В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней.
В соответствии с пунктом 1 статьи 450 ГК РФ изменение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.
К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для договоров займа, если иное не предусмотрено правилами параграфа 2 главы 42 ГК РФ и не вытекает из существа кредитного договора (пункт 2 статьи 819 ГК РФ).
Принимая во внимание содержание указанных норм права, включение Банком в договоры потребительского кредита, заключаемые с физическими лицами, спорного условия, предоставляющего Банку право в одностороннем порядке увеличивать размер платы за пользование кредитом в случае нарушения заемщиком установленной договором обязанности по представлению кредитору информации о своих доходах, не является противоправным в административно-правовом смысле…»
6. Выдача денежных средств физическим лицам только после открытия ссудного счета и уплаты комиссии по нему
Комментарий: Существуют две позиции по поводу правомерности выдачи денежных средств физическим лицам только после открытия ссудного счета и уплаты комиссии по нему.
Первая позиция, признающая такое условие ничтожным, основана на следующем:
1. В силу пункта 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, в силу которой запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Выдача кредита была обусловлена открытием ссудного счета и уплаты комиссии за его ведения, что ущемляет права потребителя.
2. Открытие и ведение ссудного счета (который не является банковским счетом) при выдаче кредита является публично-правовой обязанностью банка, предусмотренной банковскими нормативно-правовыми актами, поэтому банк не вправе требовать оплаты и иным образом ограничивать заемщика (потребителя) в связи с исполнением данной обязанности.
Вторая, противоположная, позиция основана на следующих аргументах:
1. Открытие ссудного счета (признанного ФАС Московского округа банковским счетом) не ущемляет право потребителя, поскольку осуществляется в рамках кредитного договора, и позволяет заемщику дать поручение банку о перечислении денежных средств безналичным путем третьим лицам.
2. Принцип свободы договора: поскольку заемщик был уведомлен о таком условии договора и заключил кредитный договор, то он выразил свое согласие на существование в договоре такого условия, и оно не ущемляет его права.
Таким образом, суды, придерживающиеся второй позиции, не рассматривают данные отношения с точки зрения применимости к ним потребительской защиты.
Позиция 1: Выдача денежных средств физическим лицам только после открытия ссудного счета и уплаты комиссии ущемляет права потребителя и ничтожна.
Судебная практика:
Постановление ФАС Уральского округа от 27.03.2008 N Ф09-1930/08-С1 по делу N А60-32287/07
«… правильными являются выводы судов о наличии в действиях банка состава вменяемого ему административного правонарушения.
В силу п. 2.1.2 Положения Центрального банка Российской Федерации от 31.08.1998 N 54-П "О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)" и гл. 42 и 45 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставление кредита физическому лицу не поставлено в зависимость от открытия расчетного или иного счета заемщику и не влечет автоматического заключения договора банковского счета.
Согласно ст. 30 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности" открытие банковского счета является правом, а не обязанностью граждан.
Как следует из материалов дела, в соответствии с п. 6 Приложения N 1 к анкете-заявлению физического лица (кредитный договор N MOIL1610S0610310034 от 31.10.2006 с гражданкой П.), п. 2 типовой формы "Уведомления об индивидуальных условиях кредитования", п. 2.5, 3.1, 3.2 Общих условий предоставления физическим лицам потребительского кредита, п. 1 раздела 1, п. 4 раздела 2 тарифов предоставление кредита обусловлено открытием банковского счета в банке и за обслуживание текущего кредитного счета взимается ежемесячная комиссия.
Наличие указанных условий в названных документах банком не оспаривается.
Таким образом, предоставление услуг по кредитованию банк обусловил обязательным получением у него другой услуги за отдельную плату - услуги по открытию и ведению банковского счета, что является нарушением п. 2 ст. 16 Федерального закона N 2300-1. Указанной нормой права установлен запрет обуславливать приобретение одних товаров (работ, услуг) приобретением других товаров (работ, услуг).
Доводы банка о том, что выдача потребителю кредита осуществлялась в безналичной форме, что невозможно сделать без открытия банковского счета, судом кассационной инстанции отклоняется как не устраняющие требования п. 2 ст. 16 Федерального закона N 2300-1.
При таких обстоятельствах суды правомерно указали на нарушение банком положений ст. 16 Федерального закона N 2300-1 и на наличие в действиях банка состава вменяемого ему административного правонарушения…»
Постановление ФАС Уральского округа от 08.08.2006 N Ф09-6703/06-С1 по делу N А60-5173/06-С9
«…Согласно п. 2 раздела II типового договора, для предоставления кредита банк открывает заемщику счет или использует ранее открытый для этих целей счет, при этом тарифом банка по потребительскому кредитованию, являющимся приложением к указанному договору, установлено взимание комиссии за открытие ссудного счета в размере 1,99% и за ведение этого счета в размере 1,99% ежемесячно в течение срока действия договора.
Правильным являются выводы судов первой и апелляционной инстанций о том, что в соответствии с п. 2.1.2 Положения Центрального банка Российской Федерации от 31.08.1998 N 54-П "О порядке предоставления (размещения) кредитным организациями денежных средств и их возврата (погашения)", нормами, предусмотренными гл. 42, 45 Гражданского кодекса Российской Федерации, предоставление кредита физическому лицу не поставлено в зависимость от открытия расчетного или иного счета заемщику и не влечет автоматического заключения договора банковского счета, а также о том, что открытие банковского счета в силу ст. 30 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности" является правом, а не обязанностью граждан.
Из положений типового договора и договора от 27.08.2004 N 2430207953 видно, что без открытия и ведения счета кредит гражданам не выдается, то есть приобретение услуги по кредитованию обусловлено приобретением услуги по открытию и обслуживанию расчетного счета.
Согласно ст. 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", продавцу товаров (работ, услуг) запрещено обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением других товаров (работ, услуг).
При таких обстоятельствах суды правомерно указали на нарушение банком положений ст. 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" и правомерность привлечения банка к административной ответственности в соответствии со ст. 14.8 Кодекса.
Кроме того, из условий названного договора следует, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком обязательства по договору банк имеет право на взыскание штрафа. За полное досрочное погашение задолженности может взиматься комиссия по размерам, устанавливаемым тарифами банка, что противоречит ст. 810, 811 Гражданского кодекса Российской Федерации…»
Постановление ФАС Уральского округа от 13.12.2006 N Ф09-11016/06-С1 по делу N А60-27250/06
«… Согласно ст. 30 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности" открытие банковского счета является правом, а не обязанностью граждан.
В ч. 2 ст. 14.8 Кодекса указано, что включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от ста до двухсот минимальных размеров оплаты труда.
Судом установлено и материалами дела подтверждено, что основанием для проведения мероприятия по контролю за соблюдением обществом законодательства Российской Федерации в области защиты прав потребителей послужило заявление гражданки Д. о нарушении банком ее прав на получение необходимой и достоверной информации об условиях предоставления кредита.
Из материалов дела видно, что между банком и гражданкой Д. был заключен кредитный договор от 23.06.2006 N 4500819670 (далее - договор). Согласно п. 2.4 договора для учета задолженности заемщика банк открывает ссудный счет. В силу п. 2.5, 9.6, 9.7 договора заемщик обязан уплатить банку комиссионное вознаграждение за открытие ссудного счета в размере 4 процентов от суммы предоставленного кредита единовременно при выдаче кредита и комиссионное вознаграждение за обслуживание и сопровождение кредита в размере 2 процентов от суммы предоставленного кредита ежемесячно в течение срока действия договора. Из положений договора также видно, что без открытия и ведения ссудного счета кредит гражданам не выдается, то есть приобретение услуги по кредитованию обусловлено приобретением услуги по открытию и обслуживанию ссудного счета. Пунктом 7.2 договора предусмотрено, что при досрочном полном погашении задолженности заемщик обязан в полном объеме уплатить оставшуюся часть суммы комиссии за обслуживание и сопровождение кредита, непогашенную на дату досрочного погашения, что противоречит ст. 810, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Таким образом, вывод суда о нарушении обществом положений ст. 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" и правомерности привлечения общества к административной ответственности является законным и обоснованным…»
Постановление ФАС Дальневосточного округа от 23.04.2008 N Ф03-А04/08-2/243 по делу N А04-6522/07-3/153
«…Суд признал условия кредитных договоров о выдаче денежных средств физическим лицам только после открытия ссудного счета и уплаты комиссии, нарушающими положения части 2 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (с изменениями и дополнениями, далее - Закон) и, соответственно, ущемляющими права потребителей.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Банк, заключая кредитные договоры от 16.06.2006 N 50/6940, от 17.11.2005 в разделе 2 договоров предусмотрел условие, по которому для предоставления кредита Банк производит открытие ссудного счета и, в случае выполнения заемщиком условий, предусмотренных договором, осуществляет зачисление суммы кредита с ссудного счета на текущий банковский счет клиента.
В соответствии с пунктом 2.5 договора от 17.11.2005, заключенного с гражданином Д., Банк имеет право в безакцептном порядке списывать с текущего банковского счета клиента комиссию за открытие и ведение ссудного счета, а клиент обязан, согласно пункту 4.3.2 договора, оплатить комиссию за открытие и ведение ссудного счета.
Согласно пункту 2.2 договора от 16.06.2006 N 50/6940, заключенного с гражданином Л., заемщик обязуется уплачивать Банку комиссию за открытие и ведение ссудного счета. Пунктом 4.2 договора заемщик обязуется осуществлять ежемесячные платежи по комиссии за ведение ссудного счета в соответствии с графиком.
Выдача кредита - это действие, направленное на исполнение обязанности банка в рамках кредитного договора. Согласно пункту 1 статьи 819 ГК РФ, банк по кредитному договору обязуется предоставить заемщику денежные средства (кредит) в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик, в свою очередь, обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.
Порядок предоставления кредита регламентирован Положением Центрального банка Российской Федерации от 31.08.1998 N 54-П "О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)". Пункт 2.1.2 названного Положения предусматривает предоставление денежных средств физическим лицам - в безналичном порядке путем зачисления денежных средств на банковский счет клиента - заемщика физического лица, под которым в целях данного Положения понимается также счет по учету сумм привлеченных банком вкладов (депозитов) физических лиц в банке либо наличными денежными средствами через кассу банка. При этом указанное Положение Центрального банка Российской Федерации не регулирует распределение издержек между банком и заемщиком, которые необходимы для получения кредита. Вместе с тем, из пункта 2 статьи 5 Федерального закона "О банках и банковской деятельности" следует, что размещение привлеченных банком денежных средств в виде кредитов осуществляется банковскими организациями от своего имени и за свой счет.
Действиями, которые обязан совершить банк для создания условий предоставления и погашения кредита (кредиторская обязанность банка), являются открытие и ведение ссудного счета, поскольку такой порядок учета ссудной задолженности предусмотрен специальным банковским законодательством, в частности, Положением о правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории Российской Федерации, утвержденным Центральным банком Российской Федерации от 05.12.2002 N 205-П.
Счет по учету ссудной задолженности (ссудный счет) открывается для целей отражения задолженности заемщика банка по выданным ссудам и является способом бухгалтерского учета денежных средств, не предназначен для расчетных операций. При этом открытие балансового счета для учета ссудной задолженности является обязанностью кредитной организации на основании перечисленных выше нормативных актов Центрального банка Российской Федерации и пункта 14 статьи 4 Федерального закона от 10.07.2002 N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)", в соответствии с которой Банк России устанавливает правила бухгалтерского учета и отчетности для банковской системы Российской Федерации.
Таким образом, ссудные счета, как отметил Центральный банк Российской Федерации в Информационном письме от 29.08.2003 N 4, не являются банковскими счетами по смыслу Гражданского кодекса Российской Федерации, вышеназванных положений Банка России от 05.12.2002 N 205-П и от 31.08.1998 N 54-П, и используются для отражения в балансе банка образования и погашения ссудной задолженности, то есть операций по предоставлению заемщикам и возврату ими денежных средств (кредитов) в соответствии с заключенными кредитными договорами. Соответственно, ведение ссудного счета - обязанность банка, но не перед заемщиком, а перед Банком России, которая возникает в силу закона. Между тем, плата за открытие и ведение ссудного счета по условиям исследованных судом договоров возложена на потребителя услуги - заемщика.
При таких обстоятельствах административный орган правомерно расценил условия договоров о взимании с физических лиц - заемщиков комиссии за открытие и ведение банком ссудных счетов, ущемляющими права потребителей.
Условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законом или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, согласно статье 16 названного выше Закона, признаются недействительными…»
Позиция 2: Выдача денежных средств физическим лицам только после открытия ссудного счета и уплаты комиссии не ущемляет права потребителя и является действительным
Судебная практика:
Постановление ФАС Московского округа от 28.04.2008 N КА-А400/3309-08 по делу N А40-59845/07-148-368
«…Клиенты вправе открывать необходимое им количество расчетных, депозитных и иных счетов в любой валюте в банках с их согласия, если иное не установлено федеральным законом.
Порядок открытия, ведения и закрытия банком счетов клиентов в рублях и иностранной валюте устанавливается Банком России в соответствии с федеральными законами.
Согласно Положения Банка России от 31.08.1998 г N 54-П "О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)" предоставление (размещение) банком денежных средств осуществляется в следующем порядке: физическим лицам - в безналичном порядке путем зачисления денежных средств на банковский счет клиента - заемщика физического лица, под которым в целях настоящего Положения понимается также счет по учету сумм привлеченных банком вкладов (депозитов) физических лиц в банке либо наличными денежными средствами через кассу банка.
Статья 819 ГК РФ устанавливает, что по кредитному договору банк или кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.
Банком, с учетом вышеназванных норм был открыт заемщику ссудный счет, который, как правильно указали суды, не является счетом в смысле договора банковского счета.
Согласно ст. 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.
При таких обстоятельствах, суды правильно пришли к выводу, что зачисление полученных по кредитному договору денежных средств на банковский счет заемщика ни в коей мере не ограничивает его гражданских прав, поскольку данное действие является банковской операцией, осуществляемой в рамках кредитного договора, и позволяет заемщику дать поручение банку о перечислении безналичным путем ссуды третьим лицам…»
Постановление ФАС Центрального округа от 12.03.2008 по делу N А23-3066/07А-3-201
«…В договоре должны быть указаны процентные ставки по кредитам и вкладам (депозитам), стоимость банковских услуг и сроки их выполнения, в том числе сроки обработки платежных документов, имущественная ответственность сторон за нарушения договора, включая ответственность за нарушение обязательств по срокам осуществления платежей, а также порядок его расторжения и другие существенные условия договора.
По кредитному договору банк или кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.
Из положений типового кредитного договора Банка следует, что при осуществлении кредитования банк открывает заемщику ссудный счет.
В соответствии со ст. 29 Федерального закона N 395-1 от 02.12.1990 "О банках и банковской деятельности" процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам) и комиссионное вознаграждение по операциям устанавливаются кредитной организацией по соглашению с клиентом.
Право банков на взимание комиссии за открытие, ведение (обслуживание) ссудных счетов прямо предусмотрено также п. 1 Письма Банка России от 01.06.2007 N 78-Т "О применении п. 5.1. Положения Банка России от 26.03.2004 N 254-П", в соответствии с которым указанный вид комиссии причислен к способам осуществления платежей заемщиков по обслуживанию ссуды.
Письмом Федеральной антимонопольной службы и Центрального банка РФ N ИА/7235,77-Т от 26.05.2005 "О рекомендациях по стандартам раскрытия информации при предоставлении потребительских кредитов" также подтверждено право кредитных организаций на взимание платы за обслуживание ссудного счета при условии надлежащего, уведомления об этом потребителя.
Как следует из материалов дела в рассматриваемом случае информация о необходимости оплаты обслуживания ссудного счета и его стоимости доведена до сведения потребителя П. надлежащим образом путем отражения данного условия в кредитном договоре.
Наличие у потребителя права на заключение кредитного договора с Банком, не предусматривающего в качестве обязательного условие об открытии и ведении за плату ссудного счета, не является основанием для привлечения Банка к административной ответственности, поскольку относится к вопросу о целесообразности заключения кредитного договора с точки зрения потребителя.
В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
С учетом изложенного, Двадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к правильному выводу, что потребитель, располагающий на стадии заключения договора полной информацией о предложенной ему услуге, в том числе об условии, предусматривающем обязательное открытие и ведение ссудного счета за плату, добровольно, в соответствии со своим волеизъявлением, принимает на себя все права и обязанности, определенные договором, либо отказывается от его заключения…»
7. Право банка на односторонний отказ от исполнения кредитного договора
Комментарий: Судебная практика исходит из того, что поскольку в потребительском кредитовании отношения между банком и физическим лицом не носят предпринимательского характера и нормы Гражданского кодекса РФ не содержат специальных норм о праве одностороннего отказа от исполнения кредитного договора, то действует общая норма статьи 310 указанного Кодекса, состоящая в следующем: односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.
Судебная практика:
Довод заявителя кассационной жалобы о том, что пункты 6.2.5 и 6.2.7 договора не противоречат Гражданскому кодексу Российской Федерации, рассмотрен и учтен быть не может.
Как следует из статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 настоящей главы, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.
В соответствии со статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.
Поскольку в рассматриваемом деле одной из сторон договора является потребитель, то односторонний отказ от исполнения обязательства допустим только в случаях, предусмотренных законом.
Следовательно, в отношениях между банком и гражданином одностороннее изменение условий и односторонний отказ банка от исполнения обязательств по кредитному договору, не допускается.
Таким образом, вывод судов о том, что пункты 6.2.5 и 6.2.7 договора не соответствуют гражданскому законодательству и ущемляют права потребителей, является правильным…»
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации (от 19 сентября 2002 года)
Верховным Судом Российской Федерации совместно с верховными судами республик, краевыми, областными и соответствующими им судами проведено выборочное изучение дел (рассмотренных в период с 1999 по 2001 год) по спорам между гражданами и организациями, привлекающими денежные средства граждан для строительства многоквартирных жилых домов.
Государственной статистической отчетностью эта категория гражданских дел отдельной строкой не выделяется. Экономическая реформа, переход к рыночной экономике, широкая приватизация привнесли в повседневную жизнь наряду с положительными результатами и новые негативные явления, среди которых отмечается нарушение прав граждан на приобретение жилых помещений в строящихся многоквартирных домах при исполнении договоров, в связи с чем увеличилось число обращений граждан в суды.
В соответствии со статьей 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Органы государственной власти и органы местного самоуправления поощряют жилищное строительство, создают условия для осуществления права на жилище. Возможность реализации этого права путем строительства жилья за счет собственных средств граждан без ограничения площади закреплена нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК Российской Федерации), Закона Российской Федерации от 24 декабря 1992 года № 4218-I «Об основах федеральной жилищной политики» (в редакции от 8 июля 1999 года), Жилищного кодекса РСФСР (ЖК РСФСР) и ряда других законодательных актов.
Новый ГК Российской Федерации регулирует отношения, возникающие в связи с заключением различных договоров, в том числе и договоров, предметом которых является приобретение жилья в строящихся домах.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 года № 7 «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» (в редакции от 21 ноября 2000 года) законодательство о защите прав потребителей регулирует отношения между гражданином, имеющим намерение заказать или приобрести либо заказывающим, приобретающим или использующим товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, с одной стороны, и организацией либо индивидуальным предпринимателем, производящими товары для реализации потребителям, реализующими товары потребителям по договору купли-продажи, выполняющими работы или оказывающими услуги потребителям по возмездному договору, с другой стороны.
Сравнительный анализ указанного выше законодательства, проведенный верховными судами республик, краевыми, областными и соответствующими им судами, позволяет сделать вывод о том, что Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» предоставляет гражданину больше гарантий защиты его прав от недобросовестных контрагентов по заключенному им договору, чем ГК Российской Федерации, ограничивающий права граждан рамками договора.
Изучение практики показало, что с целью приобретения жилых помещений граждане заключают с организациями договоры как предусмотренные, так и не предусмотренные законом и другими правовыми актами. Например, договоры граждан с организациями, привлекающими денежные средства граждан для строительства многоквартирных жилых домов, неисполнение которых послужило основанием для обращения в суд, носили самые различные названия: подряда, долевого участия в строительстве, совместной деятельности, приобретения квартиры по возмездному договору, в том числе с трудовым участием гражданина-дольщика, купли-продажи квартиры с рассрочкой платежа, безвозмездной передачи квартиры в собственность, уступки требования (цессии) и др. Однако содержание перечисленных договоров (предмет, условия участия и взаимные права и обязанности сторон) является практически одинаковым: на гражданина (инвестора, дольщика) возлагалась обязанность по оплате фактической стоимости строительства жилого помещения, а организация (инвестиционно-строительная компания, инвестиционная компания, заказчик, застройщик, подрядчик и т.д.) принимает на себя функции заказчика строительства определенного объекта недвижимости (самостоятельно или с помощью третьих лиц) с обязательством передать гражданину в собственность обусловленное договором жилое помещение по окончании строительства и сдачи дома в эксплуатацию.
Договор об инвестиционной деятельности ни в действующем ГК Российской Федерации, ни в Законе РСФСР от 26 июня 1991 года № 1488-I «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» (в редакции от 25 февраля 1999 года) и в федеральном законе от 25 февраля 1999 года N 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» (в редакции от 2 января 2000 года) не упоминается. Согласно статье 8 Федерального закона «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», отношения между субъектами инвестиционной деятельности осуществляются на основе договора и (или) государственного контракта, заключаемых между ними в соответствии с ГК Российской Федерации.
В силу статьи 4 указанного Федерального закона субъектами инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений (далее - субъекты инвестиционной деятельности), являются инвесторы, заказчики, подрядчики, пользователи объектов капитальных вложений и другие лица. Следовательно, нормы пункта 2 статьи 1 и пункта 2 статьи 421 ГК РФ позволяют субъектам инвестиционной деятельности заключать договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.
В соответствии со статьей 1 Закона РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» инвестициями являются денежные средства, целевые банковские вклады, паи, акции и другие ценные бумаги, технологии, машины, оборудование, лицензии, в том числе и на товарные знаки, кредиты, любое другое имущество или имущественные права, интеллектуальные ценности, вкладываемые в объекты предпринимательской и других видов деятельности в целях получения прибыли (дохода) и достижения положительного социального эффекта. Инвестиционная деятельность - это вложение инвестиций, или инвестирование, и совокупность практических действий по реализации инвестиций. В условиях отсутствия в законах регламентации договоров об инвестиционной деятельности суды исходили из их содержания, а не из наименования, при этом неоднозначно оценивали правовую природу заключаемых сделок.
1. В силу статьи 702 ГК Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. Обязанности подрядчика уточняются в статье 740 ГК Российской Федерации, предусматривающей, что по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.
Отличительная особенность возникших между сторонами отношений по указанному виду договоров заключается в том, что гражданин вступает в правоотношения по строительству своей квартиры непосредственно с подрядчиком – организацией, осуществляющей строительство жилого дома.
Разрешая заявленные требования А. к ОАО «Стройтрест-2» о возложении обязанности исполнить условия договора, Ломоносовский районный суд города Архангельска установил, что стороны заключили договор, согласно которому ответчик принял на себя обязательства по строительству для А. трехкомнатной квартиры, а тот, в свою очередь – по оплате ее стоимости и вступлении в собственность по окончании строительства. Придя к выводу о том, что между сторонами фактически имел место договор строительного подряда, суд при разрешении возникшего спора руководствовался нормами ГК Российской Федерации, регламентирующими данный вид договорных отношений.
Между тем суды Республики Башкортостан, Кировской, Новосибирской, Мурманской областей и другие при разрешении заявленных требований принимали во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 года № 7 «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей», в силу которого отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договоров подряда (бытового, строительного), направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя-гражданина, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Так, например, решением Первомайского районного суда Кировской области был удовлетворен иск Ц. к фирме «Арсо»: в пользу истца взысканы стоимость недостающей жилой площади (так как квартира была предоставлена меньшего, чем предусмотрено в договоре, размера), неустойка за несвоевременную передачу квартиры под отделку и в собственность, компенсация морального вреда. Поскольку истец принят фирмой в застройщики (дольщики) по строительству трехкомнатной квартиры, а фирма в договоре указала, что берет на себя функции заказчика по исполнению обязательства обеспечить проектирование и строительство жилого дома, выполнить работы в соответствии с проектно-сметной документацией, суд, руководствуясь нормами статьи 740 ГК Российской Федерации и пунктом 5 статьи 28 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», постановил решение об удовлетворении заявленных требований.
Кассационная инстанция, оставившая решение в силе, также пришла к выводу, что стороны фактически заключили договор строительного (бытового) подряда с целью возведения для личных нужд истца жилого помещения с фиксированной ценой за каждый метр общей площади и что данные отношения регулируются Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей».
К таким же выводам пришел и Советский районный суд города Новосибирска, рассмотревший дело по иску Р. к ОАО «ЗЖБИ-7» о расторжении договора об инвестиционной деятельности от 25 декабря 1998 года и взыскании неустойки за нарушение срока окончания выполнения работы по строительству квартиры на основании пункта 5 статьи 28 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей». По условиям договора, заключенного между сторонами, застройщик – «ЗЖБИ-7» обязуется организовать строительство пятиэтажного жилого дома, окончить строительство в ноябре 1999 года и передать Р. квартиру в этом доме, а инвестор (Р.) должна в срок до 31 января 1999 года внести вклад, соответствующий стоимости этой квартиры.
Возражая против иска, ответчик не оспаривал тот факт, что строительство дома осуществлялось им, однако заключенный сторонами договор, по его мнению, является договором об инвестиционной деятельности, а не договором подряда, и предмет его – квартира, выделяемая инвестору, внесшему вклад. Об этом свидетельствует и ссылка в договоре на Закон РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР», в соответствии с которым он заключен. Поэтому следует считать, что истица вкладывала денежные средства (инвестиции) в целях получения прибыли (дохода) или достижения положительного социального эффекта. Следовательно, по мнению ответчика, на возникшие правоотношения не распространяется действие Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».
Решением Советского районного суда города Новосибирска от 11 мая 2001 года исковые требования Р. были удовлетворены частично: договор расторгнут, с ответчика взысканы сумма, внесенная в счет оплаты стоимости работы по договору, неустойка с применением статьи 333 ГК Российской Федерации. При этом суд исходил из того, что между сторонами заключен договор строительного подряда, к которому применяются правила параграфа 2 главы 37 ГК Российской Федерации о правах заказчика по договору бытового подряда. Между тем, если, по сути, заключенный договор является договором подряда, а название не соответствует его содержанию, то в силу положений пункта 2 статьи 170 ГК Российской Федерации к нему применяются правила, относящиеся к договору подряда. Отношения, возникающие на основе договора подряда на строительство жилых домов, регулируются законодательством о защите прав потребителей.
Аналогичную точку зрения высказал Государственный комитет Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур в разъяснениях по отдельным вопросам применения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» (в редакции от 9 января 1996 года).
Таким образом, позиция судов, полагающих, что к договорам строительного подряда должны применяться положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей", представляется правильной.
2. Одним из способов приобретения гражданами квартир в строящихся домах является заключение ими договоров простого товарищества (договоров о совместной деятельности).В силу статьи 1041 ГК Российской Федерации по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели. Сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.
Изучение судебной практики по упомянутой категории гражданских дел показало, что, например, суды города Санкт-Петербурга разрешали заявленные гражданами исковые требования, основанные на пунктах договоров и на статьях 393, 395, 398, 450, 452, 453, 1095 ГК Российской Федерации (предусматривающих обязательства должника возместить убытки, его ответственность за неисполнение денежного обязательства и последствия неисполнения обязательства передать индивидуально-определенную вещь, а также основания изменения и расторжения договора, порядок и последствия изменения и расторжения договора, основания возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара, работы или услуги), с применением Закона РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» и норм ГК Российской Федерации об обязательствах. Положениями Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», несмотря на то, что требования истцов были основаны на этом Законе, суды не руководствовались, поскольку считали, что в данном случае речь не идет об оказании каких-либо услуг.
Ошибочно полагая, что при заключении таких договоров возникают отношения по совместной деятельности (простого товарищества), в ряде случаев суды отказывали гражданам в удовлетворении требований, основанных на нормах Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей». Так, Кировский районный суд города Уфы рассмотрел дело по иску Ю. к ООО «Центр недвижимости “Исмерита”», в котором Ю. заявил требование передать ему предусмотренную договором квартиру, оформить право собственности, устранить недостатки путем оплаты суммы по договору истца с третьим лицом. В заявлении истец указал, что 28 октября 1998 года между ним и ответчиком был заключен договор долевого участия в строительстве жилья, согласно которому он должен уплатить за квартиру в срок до 25 ноября 1998 года оговоренную сторонами сумму (исходя из стоимости одного квадратного метра), а ответчик – передать ему – дольщику – квартиру с оформлением в собственность необходимых документов при условии выполнения Ю. всех обязательств по договору и заселения жилой площади в течение 30 дней. Поскольку истец свои обязательства исполнил (в установленный договором срок перечислил ответчику денежные средства), а ответчик квартиру в его собственность не передал в связи с наличием строительных недостатков, оформленных актом от 22 сентября 2000 года, Ю. обратился в суд с вышеназванным иском. Ссылаясь на Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей», истец просил уменьшить договорную цену квартиры, взыскать неустойку за каждый день просрочки исполнения обязательства, компенсировать ему моральный вред.
Суд, отказывая в удовлетворении требований, указал, что между сторонами заключен договор простого товарищества (договор о совместной деятельности) и что к правоотношениям, возникшим между участниками договора, применяются с 1 марта 1996 года нормы главы 55 ГК Российской Федерации, регламентирующие договор простого товарищества. В силу положений этой главы участники совместной деятельности заключают взаимный договор о совместной деятельности, образуют простое товарищество. У каждого участника по отношению к остальным возникают взаимные права и обязанности. Каждый участник договора о совместной деятельности должен иметь право на участие в управлении общими делами, на долю в общем имуществе и на получение части прибыли. Имущественные взносы участников и имущество, созданное или приобретенное ими в результате совместной деятельности, в том числе полученные доходы, составляют объект их общей долевой собственности. Отношения между товарищами регулируются нормами о праве долевой собственности, включая право преимущественной покупки доли, продаваемой участником, и выражаются они в организации совместной деятельности участников для достижения общей цели. Долевая собственность составляет лишь необходимую имущественную базу такой деятельности. По взаимному соглашению участники могут возложить руководство их совместной деятельностью на одного из них, положение которого оформляется доверенностью, выдаваемой остальными участниками договора.
Между тем конечной целью участия граждан в строительстве многоквартирных домов является получение квартиры для проживания, и взнос гражданина предназначен только для финансирования строительства конкретной квартиры. Кроме того, из содержания договоров на строительство жилья, заключаемых гражданами и организациями, видно, что граждане не обладают правом ни на участие в управлении общими делами предприятия, ни на долю в праве на общее имущество и на получение части прибыли. В результате исполнения условий договора создается не общая собственность, а собственность каждого отдельного гражданина на конкретную квартиру. Также нет признаков создания объединения граждан – будущих жильцов строящегося многоквартирного жилого дома для ведения строительства дома, поскольку отсутствует соединение денежных вкладов, не определяется порядок ведения общих дел, бухгалтерского учета, не испрашивается согласие дольщиков по общему ведению дел, в решении вопросов они не участвуют, собраний не проводят, протокол собраний не подписывают, единого договора не заключают. Поэтому является правильной позиция тех судов, которые при рассмотрении указанной категории дел применяли Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» и учитывали точку зрения Государственного комитета Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур, приведенную в разъяснении по отдельным вопросам применения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» (в редакции от 9 января 1996 года), в котором указаны отличительные признаки договора о совместной деятельности.
3. Типичным способом приобретения гражданами квартир в строящихся домах является заключение ими с организацией, осуществляющей строительство жилого дома, договоров, в соответствии с условиями которых граждане становятся соучастниками в организации строительства, а в качестве вклада в совместную деятельность вносят денежные средства. Как правило, подобные отношения оформляются договором о совместной деятельности, о долевом участии в строительстве. По мнению хозяйствующих субъектов, при исполнении таких договоров возникают отношения, регулируемые главой 55 ГК Российской Федерации «Простое товарищество», и действие Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» на них не распространяется.
Суды по-разному подходят к вопросу о том, каким законом следует руководствоваться при рассмотрении споров, вытекающих из договоров долевого участия в строительстве многоквартирных жилых домов. Судебная практика по применению к правоотношениям сторон упомянутого Закона складывалась неоднозначно во всех регионах России. Одни суды, рассматривая указанную категорию дел, не соглашались с доводами истцов о регулировании спорных правоотношений нормами Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», отказывали в удовлетворении требований о возмещении материального вреда, взыскании неустойки и компенсации морального вреда. При этом они, толкуя условия договоров буквально, приходили к выводу о том, что на правоотношения между сторонами не распространяется действие названного Закона. Например, суды Костромской области ссылались на положения статьи 1046 ГК Российской Федерации. В силу названной нормы порядок покрытия расходов и убытков, связанных с совместной деятельностью товарищей, определяется их соглашением; при отсутствии такого соглашения каждый товарищ несет убытки и расходы пропорционально стоимости его вклада в общее дело. Следовательно, по мнению этих судов, выводы об отсутствии оснований для возложения на ответчиков ответственности не противоречат законодательству, компенсация морального вреда по рассматриваемым правоотношениям законом не предусмотрена.
В других судах отказывали в удовлетворении требований о взыскании неустойки и компенсации морального вреда, основанных на Законе Российской Федерации «О защите прав потребителей», ссылаясь на то, что договоры не носили публичный характер (статья 426 ГК Российской Федерации «Публичный договор»), истцы заключали с ответчиками договоры долевого участия в финансировании строительства дома, по которому они становились собственниками квартир после окончания строительства. При этом в договорах указывалось, что стоимость квадратного метра площади зависит и от выполнения истцами условий договоров по финансированию строительства. Поэтому доводы о применении упомянутого Закона отклонялись.
Разрешая такие споры, некоторые суды, ссылаясь на содержание договоров, приходили к выводу, что независимо от вида все они в силу статьи 1041 ГК Российской Федерации являются договорами простого товарищества, а также что правоотношения между сторонами регулируются нормами Закона РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР», поэтому Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» в данном случае неприменим.
Анализируя нормы статей 2, 3, 5 и 7 Закона РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР», суды полагали, что в результате исполнения договоров до момента приемки незавершенные объекты инвестиционной деятельности являются долевой собственностью сторон договора, а после приемки и оплаты инвестором (заказчиком) обозначенных договором сумм переходят в собственность последнего.
Вместе с тем, в ряде судов при рассмотрении споров, связанных с определением ответственности сторон по заключенным договорам, полагают, что следует исходить из приоритета санкций Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» над санкциями, установленными по условиям договора, и признают, что договоры между гражданами и организациями о долевом участии в строительстве жилья по своему предмету и характеру взаимоотношений сторон фактически являются договорами строительного подряда, к которым применим названный Закон. Так, А. обратилась в Петрозаводский городской суд с иском к ЗАО «Коммерческо-инвестиционный молодежный комплекс» в связи с существенным нарушением условий договора о долевом строительстве жилья, сославшись на следующее. Ответчиком были нарушены сроки окончания строительства, в процессе проведения отделочных работ и эксплуатации квартиры обнаружены существенные строительные недостатки. Истица просила обязать ответчика произвести зачет по оплате за квартиру на стоимость материалов по устранению недостатков, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, неустойку за нарушение сроков окончания строительства. Суд признал, что фактически между сторонами заключен договор строительного подряда, поэтому отношения между сторонами регулируются Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей». С ответчика взысканы стоимость работ по устранению недостатков, неустойка, компенсация морального вреда.
Постановлением президиума Калужского областного суда от 23 января 2002 года, отменены решение Калужского районного суда от 22 мая 2001 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Калужского областного суда от 26 июля 2001 года как вынесенные с нарушением норм материального права, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Согласно материалам дела Ч. заключила 15 апреля 1997 года договор с ОАО «Калужский деловой центр», по условиям которого она приняла на себя обязательство внести паевой взнос в установленные сроки в сумме 226427 рублей, а ответчик – передать в ее собственность двухкомнатную квартиру в третьем квартале 1997 года. Из дополнительного соглашения от 30 января 1998 года к договору от 15 апреля 1997 года, видно, что Ч. выкупила 80,82 кв. м. общей площади квартиры в строящемся доме на сумму 226427 рублей, что составляет 100% площади. Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции сослался на то, что после заключения 15 апреля 1997 года договора истица стала участником совместной деятельности по строительству жилого дома, приняла на себя обязательства по финансированию строительства и получила права на ознакомление (и контроль) со всей технической, финансовой, строительной документацией, а также право переуступки пая долевого участия в строительстве квартиры. Следовательно, на отношения, сложившиеся между сторонами, распространяются правила статьи 1041 ГК Российской Федерации о договоре простого товарищества (договоре о совместной деятельности). Правовой анализ взаимных обязанностей истицы и ОАО «Калужский деловой центр» исключает наличие между сторонами договора строительного подряда и все возможные вытекающие из него требования. Однако, как правильно отмечено в постановлении президиума Калужского областного суда, судом не учтено, что договор между Ч. и ответчиком является договором строительного подряда по своему содержанию. Вывод суда первой инстанции о заключении сторонами договора о совместной деятельности ошибочен и сделан без учета цели, преследуемой истицей. Внесенный паевой взнос предназначен только для финансирования строительства конкретной квартиры, права на участие в управлении общими делами и права на долю в общем имуществе и на получение части прибыли Ч. не имела. Таким образом, обращаясь в суд с иском, она обоснованно считала, что возникшие отношения между нею и организацией в связи с заключением договора регулируются законодательством о защите прав потребителей.
Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей», отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договоров, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. То обстоятельство, что в договоре имеется пункт о праве на переуступку доли в строительстве квартиры другому лицу, само по себе по существу не меняет содержания фактически заключенного между сторонами договора строительного подряда. Определяя характер договора, суд должен был с достоверностью установить цель, преследуемую Ч. при его заключении, предназначение внесенного ею паевого взноса, а также выяснить, имела ли истица право на участие в управлении общими делами, право на долю в общем имуществе и на получение части прибыли. Этим обстоятельствам суду надлежало дать оценку при решении вопроса о возможности применения к правоотношениям сторон положений статьи 740 ГК Российской Федерации о договоре строительного подряда
4. Другой типичной схемой, используемой хозяйствующими субъектами, является заключение организацией, не осуществляющей непосредственно строительство, с гражданами договоров на финансирование строительства жилого дома и последующую его передачу гражданам. Поскольку инвестиционная деятельность - это вложение инвестиций и осуществление практических действий в целях получения прибыли или достижения иного положительного социального эффекта, она является одним из видов предпринимательской деятельности.
Как уже отмечалось, основные принципы взаимоотношений субъектов инвестиционной деятельности установлены в Федеральном законе «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений». Однако данным Законом не урегулированы вопросы взаимоотношений участников инвестиционного договора. Вид договора, оформляющего отношения участников инвестиционной деятельности, права, обязанности, ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение определяются на основании ГК Российской Федерации. В связи с этим признание договора инвестиционным не дает ответа на вопрос о его гражданско-правовой природе и не исключает возможности применения к возникшим отношениям норм ГК Российской Федерации и Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».
В большинстве случаев, по мнению ряда судов, суть этих отношений состоит в том, что гражданин передает деньги (осуществляет финансирование) организации, с которой заключает договор, а организация, в свою очередь, передает гражданину в собственность построенную квартиру. Таким образом, между организацией и гражданином возникают отношения по передаче товара в собственность или по выполнению работ, завершающихся получением гражданином созданного результата. Следовательно, если в судебном заседании будет установлено, что гражданин вложил денежные средства в строительство квартиры с целью удовлетворения своих личных, семейных, бытовых нужд, то при разрешении спора следует руководствоваться Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей».
5. Часто у судов возникали трудности, связанные с правовой оценкой такого договора, как договор купли-продажи квартиры, в том числе в рассрочку, а также вопрос: можно ли договор долевого строительства жилья квалифицировать как договор возмездного оказания услуг либо как предварительный договор. В силу статьи 429 ГК Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. В соответствии со статьей 549 ГК Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество. Как установлено в действующем законодательстве, продажа недвижимости может осуществляться только собственником либо с его согласия. Организация, привлекающая денежные средства граждан для финансирования строительства многоквартирных жилых зданий, не является собственником ни самих строящихся зданий, ни квартир в них,
поэтому не может заключать с гражданами договоры купли-продажи. В силу статьи 554 ГК Российской Федерации в договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества. При отсутствии этих данных в договоре условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным. Поскольку не представляется возможным конкретно определить объект недвижимости до момента окончания его строительства, а также точную площадь как всего объекта в целом, так и площадь каждой квартиры, учитывая, что окончательные данные о номере дома, квартиры, подъезда и о расположении объекта на земельном участке будут известны только после технической инвентаризации органами БТИ и государственной регистрации объекта недвижимости в органах юстиции, условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор – незаключенным. В силу статьи 558 ГК Российской Федерации договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации. В соответствии с Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» установлена обязательная государственная регистрация прав на недвижимое имущество, поэтому договор купли-продажи такого имущества, не прошедшего указанную регистрацию, не может считаться заключенным. По этим же основаниям договор долевого участия в строительстве жилья не является и предварительным.
Согласно статье 429 ГК Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность. Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора. В предварительном договоре указывается срок, в течение которого стороны обязуются заключить основной договор. Указанные требования закона сторонами при заключении договора купли-продажи выполняются редко.
При рассмотрении договора долевого строительства жилья как предварительного возникает вопрос о правовой природе вносимых дольщиком денежных средств на строительство до заключения основного договора, являются ли они займом, задатком, платой за приобретаемый объект, рассрочкой платежа. Если считать указанные денежные средства заемными, то в силу статьи 807 ГК Российской Федерации данный предварительный договор является договором займа, а не договором долевого строительства жилья, поскольку по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Если расценивать денежные средства, вносимые дольщиком на строительство жилья до заключения основного договора, как задаток, то последствия неисполнения предварительного договора будут более жесткими, чем те, которые предусмотрены статьей 381 ГК Российской Федерации по обязательствам, обеспеченным задатком.
Позиция ряда судов основана на том, что нельзя признавать денежные средства как плату за приобретаемый объект по договору купли-продажи, поскольку договор долевого участия в строительстве жилья не является ни договором купли-продажи, ни договором подряда, ни договором оказания услуг.
Суды, относящие договор купли-продажи строящейся квартиры, в том числе и в рассрочку, к договорам подряда, указывали на то, что по данному договору, заключенному даже на условиях рассрочки платежа, имущество – квартира передается покупателю независимо от времени внесения суммы, предусмотренной договором, гражданин (так же, как и любой дольщик) выплачивает денежные средства частями, а затем квартира передается ему в собственность с оформлением соответствующих документов.
В большинстве случаев суды, оценив содержание договора с точки зрения предмета, прав и обязанностей сторон, их ответственности и т.д., споры разрешали на основании норм Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».
6. Сходные с указанными выше по правовой природе споры между гражданами и потребительским кооперативом финансовой поддержки граждан в приобретении недвижимости «Своими руками» поступали на рассмотрение в районные, городские суды Республики Башкортостан. С данной организацией граждане заключали договоры паенакопления, по условиям которых кооператив, объединяя денежные средства и имущественные паи членов кооператива, принимал участие в финансировании строительства жилого дома и приобретал его в собственность, а у члена кооператива возникало право собственности на жилое помещение лишь после полного внесения суммы пая. Рассматривая споры между членами кооператива, товарищества собственников жилья в кондоминиуме по поводу права собственности, суды в основном руководствовались положениями уставов указанных некоммерческих организаций, Федеральным законом от 15 июня 1996 года № 72-ФЗ «О товариществах собственников жилья», ГК Российской Федерации (в частности, статьямит 218 и 383), полагая, что к этим спорам не могут быть применены нормы Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».
Так, в силу статьи 1 Федерального закона «О товариществах собственников жилья» товарищество собственников жилья – некоммерческая организация, форма объединения домовладельцев для совместного управления и обеспечения эксплуатации комплекса недвижимого имущества в кондоминиуме, владения, пользования и в установленных законодательством пределах распоряжения общим имуществом.
Кондоминиум – единый комплекс недвижимого имущества, включающий земельный участок в установленных границах и расположенное на нем жилое здание, иные объекты недвижимости, в котором отдельные части, предназначенные для жилых и иных целей (помещения), находятся в собственности граждан, юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований (домовладельцев) – частной, государственной, муниципальной и иной формах собственности, а остальные части (общее имущество) находятся в их общей долевой собственности.
Согласно статье 25 Федерального закона «О товариществах собственников жилья» товарищество является некоммерческой организацией, создаваемой и действующей в соответствии с этим Законом, иными законодательными актами Российской Федерации, а в части жилищных правоотношений также законодательными актами субъектов Российской Федерации и уставом товарищества.
Поскольку отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать из договоров, в том числе подряда (бытового, строительного), направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя – гражданина, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности, а споры о признании прав собственности на квартиры между членами жилищно-строительных кооперативов и товариществ собственников жилья и кооперативов, а также товариществами регулируются уставами данных организаций, суды полагают, что такие споры не подпадают под действие Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».
Верховным Судом Российской Федерации за период с 1999 по 2001 год, данная категория дел не рассматривалась.
7. При разрешении споров, по которым в основе требований о предоставлении жилого помещения истцами указывался трудовой договор, суды руководствовались положениями статей 309, 310 ГК Российской Федерации в их взаимосвязи с содержанием трудового договора и не применяли положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей». Так, в силу статьи 309 ГК Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Согласно статье 310 ГК Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.
8. Неоднозначной является практика рассмотрения судами дел в тех случаях, когда организация - сторона по договору об инвестировании строительства жилого дома - заключила договор об уступке права требования по этой сделке с гражданином, имеющим намерение приобрести жилье для проживания (личных, семейных, домашних нужд, не связанных с извлечением прибыли). Данный вид договора вызывал затруднения в определении его правовой природы.
По условиям такого договора организация уступает гражданину свое право требования передачи построенной квартиры к другому участнику инвестиционной деятельности по строительству жилого дома и впоследствии на основании данного договора регистрируется право собственности гражданина на переданную квартиру. При возникновении споров хозяйствующие субъекты считают гражданина субъектом инвестиционной деятельности, вступившим на место организации, которая уступила гражданину право требования, и отказываются применять Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей».
Отношения по поводу строительства многоквартирного дома осуществляются в рамках инвестиционного соглашения. Его участниками являются организации, которые заключают различные договоры с гражданами или другими юридическими лицами о привлечении денежных средств для реализации инвестиционного проекта по строительству жилого дома. В этих целях и используются договоры об уступке права требования, купли-продажи квартир на условиях предварительной оплаты, займа и т.д.
При рассмотрении исковых требований одни суды, установив, что имела место переуступка права на долю по договору долевого участия в строительстве дома юридическим лицом физическому лицу - гражданину, приобретающему жилье для своих личных, семейных, бытовых нужд, руководствовались только договором, заключенным между сторонами, другие – только ГК Российской Федерации, в том числе положениями статей 309, 310 ГК Российской Федерации об общих правилах исполнения обязательств. Суды при разрешении споров не выясняли, находился ли предмет договора уступки права требования в собственности организации, являющейся стороной по данному договору. Также суды не обращали внимания на наличие или отсутствие взаимосвязи между указанным видом договора и основным инвестиционным договором (соглашением), который должен содержать условия, разрешающие его участникам уступать свои права третьим лицам и определяющие порядок взаиморасчетов. Кроме того, судами не учитывалась специфика таких договоров, заключающаяся в том, что в результате исполнения договора к гражданину переходит лишь право требования к другому участнику строительства жилого дома, передачи самого предмета договора - квартиры не происходит, для этого необходимо оформить отдельное соглашение. В этой ситуации договором уступки права требования фактически прикрывается договор купли-продажи имущественных прав, которые в силу статьи 128 ГК Российской Федерации относятся к объектам гражданских прав.
Ярким примером нарушения прав граждан является заключение договора об уступке гражданину права требования передачи построенной квартиры, по условиям которого организация уступает гражданину свое право требования передачи построенной квартиры к другому участнику инвестиционной деятельности по строительству жилого дома. Впоследствии данный договор рассматривается как основание для регистрации права собственности гражданина на переданную квартиру. При возникновении споров хозяйствующие субъекты рассматривают гражданина в качестве субъекта инвестиционной деятельности, вступившего на место организации, которая уступила гражданину право требования, и отказываются применять к имеющим место правоотношениям Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей». Такая точка зрения основана на том, что при заключении договора об уступке права требования между его сторонами возникает обязательство, в силу которого гражданин должен передать другой стороне договора определенную денежную сумму, а эта сторона, в свою очередь, - уступить гражданину свое право требования передачи квартиры, основанное на договоре об инвестировании. Договор об уступке права требования является производным от договора об инвестировании, и к гражданину, заключившему договор об уступке права требования, переходят права лишь в том объеме, которым обладал прежний кредитор – организация-инвестор.
В силу статьи 384 ГК Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты. Поскольку речь идет об уступке права требования, суды ошибочно полагают, что Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» неприменим. Правовая оценка договора уступки права требования предоставления квартиры к другому участнику инвестиционной деятельности судами должна осуществляться с учетом наличия взаимосвязи между указанным договором (рассматривая его как договор купли-продажи), основным инвестиционным соглашением (разрешающим его участникам уступать свои права третьим лицам) и тем соглашением (договором), которое заключает гражданин с организацией, отвечающей по требованию, перешедшему к гражданину. Поэтому практика судов, установивших, что гражданином квартира приобретается для личных, семейных, бытовых нужд, и применявших Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей», представляется правильной.
9. Помимо вопросов, связанных с признанием права гражданина на квартиру в жилом доме, построенном с привлечением его денежных средств, у судов возникали вопросы по поводу взыскания денежных сумм, внесенных гражданином на строительство квартиры, при расторжении соответствующего договора, а именно: порядок индексации сумм, внесенных на строительство, и возможность применения к рассматриваемым правоотношениям мер ответственности за неисполнение денежного обязательства, предусмотренных ст. 395 ГК РФ.Так, удовлетворяя иск К. о расторжении договора на строительство квартиры и взыскании внесенных на строительство квартиры денежных сумм с учетом индексации, Октябрьский районный суд г. Архангельска произвел индексацию взысканных в пользу истицы денежных сумм, которые она внесла на строительство квартиры, применив при этом индексы роста потребительских цен на товары и услуги по Архангельской области за период с момента внесения денежной суммы на счет ЖСК по день перечисления этой суммы ЖСК на счет истицы.
Кассационная инстанция решение суда в этой части отменила, указав, что суд необоснованно произвел индексацию. При новом рассмотрении данного дела суд отказал К. в иске о выплате указанных денежных сумм с учетом индексации, сославшись на то, что ни уставом ЖСК, ни законом не предусмотрена обязанность кооператива индексировать денежные суммы, направленные на финансирование строительства, при их возврате.
Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда, проверяя законность этого решения в кассационном порядке, признала выводы суда правильными. Отказывая в удовлетворении исковых требований о взыскании упомянутых денежных сумм с учетом индексации, суды ссылались на то, что индексация их не предусмотрена ни уставными документами соответствующего жилищно-строительного кооператива (коллектива индивидуальных застройщиков, товарищества индивидуальных застройщиков и т.п.), ни соответствующим договором, заключенным гражданином с организацией, осуществляющей строительство многоквартирного жилого дома. Законом РСФСР «Об индексации денежных доходов и сбережений граждан в РСФСР», а также другими правовыми актами данные суммы не отнесены к объектам индексации.
Одной из проблем, возникшей при рассмотрении судами споров данной категории, является применение к указанным правоотношениям последствий нарушения обязательств, предусмотренных статьей 395 ГК Российской Федерации. Так, Р. 22 сентября 1997 года заключила с товариществом с ограниченной ответственностью ПКФ «Ригель» договор о долевом участии в строительстве однокомнатной квартиры, по условиям которого она взяла на себя обязательство в срок до 26 декабря 1997 года перечислить или внести в кассу товарищества 60 тысяч рублей. Во исполнение условий договора 24 сентября 1997 года и 8 декабря 1997 года Р. передала ответчику 45 тысяч рублей. Оставшуюся сумму в 15 тысяч рублей она не внесла в связи с утратой доверия к ТОО ПКФ «Ригель» и 29 декабря 1997 года направила в его адрес письмо об отказе от договора с 5 января 1998 года с требованием возвратить денежные средства.
Согласно договору в случае отказа дольщика от сделки ему возвращаются денежные средства в течение трех месяцев с момента письменного извещения ТОО ПКФ «Ригель». Однако денежные средства Р. не были возвращены, в связи с чем она обратилась в Промышленный районный суд города Ставрополя с иском о взыскании суммы, внесенной ею в счет оплаты стоимости квартиры, и процентов за пользование денежными средствами. Решением суда с ТОО ПКФ «Ригель» в пользу Р. взыскано 45 тысяч рублей, а также проценты за пользование денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК Российской Федерации, с учетом ставки рефинансирования Банка России – 60% на дату предъявления иска и периода просрочки (289 дней) в сумме 20808 рублей.
Позиция ряда судов при решении вопроса о применении мер ответственности за неисполнение обязательства, предусмотренной статьей 395 ГК Российской Федерации, состоит в том, что договоры о строительстве жилья сами по себе не устанавливают денежных обязательств организации, с которой гражданин заключает соответствующий договор, так как подразумевается, что хозяйствующие субъекты обязаны по окончании строительства передать гражданину в собственность квартиру, а не деньги за нее.
Однако с момента расторжения (прекращения) договора у этой организации возникает обязанность по возврату гражданину денежных сумм, внесенных им по договору, по истечении сроков, указанных в договоре либо в уставных документах хозяйствующего субъекта. Если такие сроки сторонами не оговорены, то обязанность по возврату гражданину денежных сумм возникает непосредственно с момента расторжения (прекращения) договора.
Верховный Суд РФ, отменяя решение Биробиджанского городского суда по иску А. к Биробиджанской акционерной промышленно-торговой фирме «Надежда» о расторжении договора, возмещении материального и компенсации морального вреда, убытков при разрешении требований о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК Российской Федерации, указал, что ответчик дважды предлагал истице получить уплаченные ею деньги на долевое участие в строительстве дома, в связи с чем применение судом первой инстанции статьи 395 ГК Российской Федерации и взыскание с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами нельзя признать правильными.
Несмотря на многообразие видов договоров (подряда, купли-продажи, договор простого товарищества, инвестиционный договор и др.), суды при разрешении споров между гражданами и организациями, привлекающими денежные средства граждан для строительства многоквартирных жилых домов, исходили из содержания договора, его условий, прав и обязанностей сторон, а также целей, которыми руководствуются граждане, заключая договоры на приобретение жилья (улучшение жилищных условий, удовлетворение своих личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности и, соответственно, с извлечением прибыли).
В сложившейся ситуации следует признать правильной практику тех судов, которые, установив, что между гражданами и хозяйствующими организациями возникают отношения по передаче товара (квартиры) в собственность или по выполнению работы, завершающейся передачей гражданину созданного результата (квартиры), а гражданин при заключении договора имеет намерение заказать или приобрести либо использовать товар (квартиру) исключительно для личных, семейных, домашних нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяли к указанным правоотношениям Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» (исходя из требований статьи 9 Федерального закона от 26 января 1996 года № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации»).
Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2005 года № 78-В05-50
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации рассмотрела в судебном заседании от 8 ноября 2005 года материал по иску М. к ООО «СК “Импульс”» о взыскании неустойки за нарушение обязательства по договору и компенсации морального вреда, переданный в суд надзорной инстанции по жалобе М. на основании определения судьи Верховного Суда Российской Федерации Б. от 10 октября 2005 года.Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Б., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации Установила:
21 июля 2003 года М. обратилась в суд с исковым заявлением к ООО «Строительная Компания “Импульс”» о взыскании неустойки за нарушение обязательств по договору и компенсации морального вреда.
В обоснование своих требований заявитель указала, что 10 октября 2000 года заключила с ООО «Строительная Компания “Импульс”» договор долевого участия в инвестировании строительства жилого дома по адресу: город Санкт-Петербург, район Рыбацкое, квартал 2, корпус 17 (Шлиссельбургский пр.). Согласно условиям данного договора, она обязалась произвести своевременное финансирование строительства своей доли жилья (конкретной трехкомнатной квартиры), а общество – закончить строительство объекта не позднее второго квартала 2001 года и передать указанную квартиру в собственность М. Обязательство по оплате строительства истицей выполнено в полном объеме, тогда как строительство дома закончено ответчиком с просрочкой на 547 дней.
Определением судьи Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 21 июля 2003 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 25 августа 2003 года и постановлением президиума Санкт-Петербургского городского суда от 25 августа 2004 года, исковое заявление возвращено М. на основании пункта 2 части 1 статьи 135 Гражданского процессуального кодекса РФ (ГПК РФ) в связи с неподсудностью данному суду.
М. в надзорной жалобе считает состоявшиеся судебные постановления незаконными и просит их отменить как вынесенные с нарушением норм процессуального права.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 27 июля 2005 года дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия Верховного суда Российской Федерации находит их подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии со статьей 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.
Возвращая М. ее исковое заявление о взыскании неустойки и компенсации морального вреда с ООО «Строительная Компания “Импульс”», судья исходил из того, что на спорные правоотношения не распространяется действие Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», заявление истицей может быть подано в суд в соответствии с общими правилами территориальной подсудности, установленными гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации.
Однако с этими выводами согласиться нельзя, так как судебные инстанции неправильно истолковали закон, существенно его нарушив.
Как видно из материалов дела, целью заключения М. договора с ответчиком о долевом участии в инвестировании строительства жилого дома являлось приобретение в строящемся доме конкретной квартиры для личных нужд заявительницы. Это следует, в частности, из пункта 1.1 указанного договора, согласно которому М. привлекается в качестве дольщика по инвестированию строительства дома с целью приобретения в нем соответствующего жилого помещения в собственность. Согласно договору от 10 октября 2000 года на заявительницу (дольщика) возлагалась обязанность по оплате фактической стоимости строительства жилого помещения, а общество – строительная компания, привлекающая денежные средства граждан для строительства многоквартирных жилых домов, принимало на себя функции заказчика строительства с обязательством передать гражданину в собственность обусловленное договором жилое помещение по окончании строительства и сдачи дома в эксплуатацию.
Таким образом, М., инвестирующая денежные средства на приобретение жилого помещения (квартиры), является потребителем оказываемых ООО «Строительная Компания “Импульс”» услуг, так как фактически приобретает квартиру для личных нужд.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» от 29 сентября 1994 года, с последующими изменениями и дополнениями, разъяснил, что законодательство о защите прав потребителей регулирует отношения между гражданином, имеющим намерение заказать или приобрести либо заказывающим, приобретающим или использующим товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, с одной стороны, и организацией либо индивидуальным предпринимателем, производящими товары для реализации потребителям, реализующими товары потребителям по договору купли-продажи, выполняющими работы или оказывающими услуги потребителям по возмездному договору, с другой стороны.
В пункте 9 статьи 4 действующего в настоящее время Федерального закона № 214-ФЗ от 30 декабря 2004 года «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» также указывается на то, что к отношениям, вытекающим из договора, заключенного гражданином - участником долевого строительства исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяется законодательство Российской Федерации о защите прав потребителей в части, не урегулированной настоящим Федеральным законом. Поэтому на данные правоотношения распространяется Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» и предусмотренные этим Законом (пункт 2 статьи 17) правила подсудности. М. вправе была обратиться с настоящим исковым заявлением в суд по месту своего жительства.
При таких обстоятельствах состоявшиеся судебные постановления нельзя признать законными и они подлежат отмене.
Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 387, 388, 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:
Определение судьи Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 21 июля 2003 года, определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 25 августа 2003 г. и постановление президиума Санкт-Петербургского городского суда от 25 августа 2004 года отменить, материал по иску М. к ООО «Строительная Компания “Импульс”» о взыскании неустойки и компенсации морального вреда направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Статья 46 Конституции Российской Федерации гласит, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. При этом в соответствии со ст. 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела по спорам между акционером и акционерным обществом, участниками иных хозяйственных товариществ и обществ, за исключением трудовых споров.
Федеральный закон "Об акционерных обществах" (далее - Закон об АО) предусматривает ряд правомочий акционеров на защиту своих прав в суде.
1. Акционер в соответствии со ст. 7 Закона об АО имеет право на обжалование в судебном порядке продажи акций с нарушением преимущественного права приобретения в течение трех месяцев с момента, когда акционер узнал либо должен был узнать о таком нарушении, с требованием перевода на него прав и обязанностей покупателя.
| Пример судебного решения. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 18 сентября 2007 года № А56-51471/2005. Компания "Сигма" незадолго до рассматриваемого дела приобрела пять акций ЗАО "СМАРТС" (0, 125% от общего количества размещенных акций ЗАО "СМАРТС") в обмен на картину "Бухта залива Компания". Спустя некоторое время несколько акционеров ЗАО "СМАРТС" продали принадлежавшие им акции одному и тому же приобретателю; в сумме количество проданных ими акций составило почти 20% (19,95%) от общего числа акций ЗАО "СМАРТС". Компания "Сигма" в соответствии с абз. 7 п. 3 ст. 7 Закона об АО подала иск в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области о переводе на нее прав покупателя на все количество акций, приобретенных покупателем-ответчиком по делу - по договорам с акционерами ЗАО "СМАРТС" - продавцами. Суд первой инстанции иск компании "Сигма" удовлетворил; представители ответчика возражали против удовлетворения иска в полном объеме; в поданной от имени ответчика апелляционной жалобе они ссылались, в частности, на то, что акционерам закрытого общества предоставлено преимущественное право приобретения не вообще всех акций, продаваемых акционерами этого общества, а только части отчуждаемых акций пропорционально количеству акций, принадлежащему каждому из них. Так установлено правилом абз. 4 п. 3 ст. 7 Закона об АО с оговоркой: "если уставом общества не предусмотрен иной порядок осуществления данного права". Уставом ЗАО "СМАРТС" иной порядок не предусмотрен. У истца - компании "Сигма" в момент совершения сделок по продаже акций было всего пять акций, что составляет 0,125% от общего количества размещенных акций ЗАО "СМАРТС". Следовательно, иск компании "Сигма" может быть удовлетворен лишь частично, а именно на компанию "Сигма" может быть переведено право только на то количество проданных акций, которое составляет 0,125% от всего количества проданных акций. Арбитражный апелляционный суд оставил апелляционную жалобу без удовлетворения, а решение суда первой инстанции - без изменения. Суды первой и апелляционной инстанции исходили из того, что по смыслу положений п. 3 ст. 7 Закона об АО при продаже акций акционером общества каждый из всех остальных акционеров этого общества может купить эти акции в количестве, пропорциональном количеству акций, принадлежащих каждому из них (абз. 4 п. 3 ст. 7); в результате чего распределение продаваемых акций происходит самым справедливым образом, без необоснованного ущемления интересов отдельных акционеров. В случае же продажи акций с нарушением преимущественного права покупки принцип пропорциональности действует только тогда, когда в суд обратилось несколько акционеров; если же в суд обратился только один акционер, он вправе претендовать на все количество проданных акций. По мнению судов, такой вывод вытекает из сопоставления положений абз. 4 п. 3 и абз. 7 п. 3 ст. 7 Закона об АО. Следует отметить, что Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа, рассмотрев дело в порядке кассационного производства, отменил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При повторном рассмотрении дела решением суда первой инстанции в иске компании "Сигма" было отказано полностью; апелляционная жалоба компании "Сигма" была принята к рассмотрению арбитражным судом апелляционной инстанции. |
2. Акционера в соответствии со ст. 45 Закона об АО, а также номинальный держатель акций или иные лица, предусмотренные Законом об АО, имеют право требовать внесение записи в реестр акционеров общества в срок не позднее трех дней с момента представления необходимых документов. Отказ от внесения записи в реестр акционеров общества не допускается, за исключением определенных случаев. В случае отказа акционеру в пятидневный срок должно быть предоставлно мотивированное уведомление от реестродержателя. При этом отказ от внесения записи в реестр акционеров общества может быть обжалован в суд. По решению суда держатель реестра акционеров общества обязан внести в указанный реестр соответсвующую запись.
| Пример судебного решения. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 29 марта 2005 года № КГ-А40/2159-05-П-1, КГ-А40/2159-05-П-2. Н. обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ОАО "Регистратор Р.О.С.Т" о признании за ней права собственности на привилегированные именные акции ОАО "АК "Транснефть" в количестве 35 штук. Исковые требования основаны были мотивированы тем, что акции были списаны со счета истца незаконно, без его распоряжения, что является нарушением права собственности истца на указанные акции. На основании проведенной по определению суда почерковедческой экспертизы было установлено, что подписи истца на доверенности и анкете зарегистрированного лица являются поддельными. Кроме того, в доверенности и передаточном распоряжении указаны иные паспортные данные, чем те, которые содержатся в паспорте истца. Таким образом, регистратором были произведены операции по списанию и зачислению на счет спорных 35 акций без ведома и указаний владельца акций, что является нарушением его права собственности, поскольку в соответствии со ст. 209 ГК РФ право владения, пользования и распоряжения имуществом принадлежит только его собственнику. Статьей 12 ГК РФ установлены способы защиты гражданских прав. Возможность защиты нарушенного права путем признания недействительной записи в реестре акционеров в гражданском законодательстве отсутствует. По существу такое требование можно было бы расценить как иск о защите нарушенного права. Однако такой иск должен быть предъявлен к лицу, нарушающему данное право, то есть являющемуся на момент подачи иска владельцем спорных 35 акций ОАО "АК "Транснефть" и привлеченному к участию в деле в качестве ответчика. Вместе с тем из материалов дела не усматривается, что истцом были бы даны и судом приняты пояснения, касающиеся сути заявленных исковых требований, и определен круг лиц, подлежащих привлечению к участию в таком деле, что привело при принятии оспариваемых судебных актов к нарушению ст. ст. 40, 44, 47 АПК РФ. При указанных обстоятельствах выводы суда о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в изложенной истцом форме и при том круге лиц и их процессуальном положении, как это было определено при рассмотрении настоящего спора, нельзя признать обоснованными. |
3. Акционер в соответствии с п. 7 ст. 49 Закона об АО имеет право обжаловать в суд решение, принятое общим собранием акционеров с нарушением требований Закона об АО, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества, в случае, если он не принимал участия в общем собрании акционеров или голосовал против принятия такого решения и указанным решением нарушены его права и законные интересы. Такое заявление может быть подано в суд в течение шести месяцев со дня, когда акционер узнал или должен был узнать о принятом решении. Суд вправе с учетом всех обстоятельств дела оставить в силе обжалуемое решение, если голосование данного акционера не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло причинения убытков данному акционеру.
4. Акционер в соответствии со ст. 53 и ст. 55 Закона об АО имеет также право обжаловать решения совета директоров (наблюдательного совета) акционерного общества об отказе во включении вопроса в повестку дня общего собрания акционеров или кандидата в список кандидатур для голосования по выборам в соответствующий орган общества, а также на обжалование уклонения совета директоров (наблюдательного совета) общества от принятия решения, решения об отказе в созыве внеочередного общего собрания акционеров соответственно.
5. Акционер (акционеры) в соответствии со ст. 71 Закона об АО, владеющие в совокупности не менее чем 1 процентом размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), временному единоличному исполнительному органу общества, члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков, вызванными их виновными действиями (бездействием), в том числе нарушающими порядок приобретения акций открытого общества, предусмотренный главой XI.1 Закона об АО.
6. Владелец ценных бумаг в соответствии со ст. 84. 8 Закона об Ао, не согласившийся с ценой выкупаемых ценных бумаг, вправе обратиться в арбитражный суд с иском о возмещении убытков, причиненных в связи с ненадлежащим определением цены выкупаемых ценных бумаг. Указанный иск может быть предъявлен в течение шести месяцев со дня, когда такой владелец ценных бумаг узнал о списании с его лицевого счета (счета депо) выкупаемых ценных бумаг.
7. Акционер в соответствии со ст. 84. 9 Закона об АО имеет право обжаловать в суд предписание федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг о приведении соответствующего предложения, указанных уведомления или требования в соответствие с Законом об АО.
В заключении стоит отметить, что право на защиту своих прав принадлежит любому акционеру акционерного общества вне зависимости от возраста, социального и имущественного положения.
| Данное положение наглядно продемонстрировано в Постановлении ФАС Московского округа от 28 мая 2004 г. N КГ-А40/4118-04 по делу N А40-42554/03-62-434, согласно которому Ю. обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к ЗАО ИНПЦ "Союзводпроект" о взыскании дивидендов в сумме 39700 руб., обязании ответчика продать часть здания, приходящуюся на акции истца, или разрешить продажу истцу здания самостоятельно. Определением арбитражного суда от 3 ноября 2003 г. исковое заявление возвращено по основаниям п. 4 ч. 1 ст. 129 АПК РФ со ссылкой на то, что истцом не устранены в установленный срок обстоятельства, послужившие основаниями для оставления искового заявления без движения, а именно: не определены требования истца к ответчику со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты. Выслушав истца, изучив материалы дела и проверив в соответствии со ст. 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций нормы процессуального права, Федеральный арбитражный суд Московского округа считает, что жалоба подлежит удовлетворению в связи с тем, что из заявления и приложенных к нему документов видно, что Ю. выполнил все указания судьи, кроме одного: не указал правовые нормы, на которых основывает истец свои требования. Возвращая исковое заявление по причине неуказания в нем закона, суд первой инстанции не учел престарелый возраст истца (1937 г.р.), его социальное положение (пенсионер). Вместе с тем юридическая неосведомленность гражданина-акционера, обратившегося в силу ст. 4 АПК РФ за защитой своих нарушенных прав в арбитражный суд, не может служить основанием для отказа в судебной защите. |
Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июля 2007 года
Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июля 2007 года № 681-О-П «По жалобам граждан Ю. Ю. Колодкина и Ю.Н. Шадеева на нарушение их конституционных прав положениями статьи 84-8 Федерального закона «Об акционерных обществах» во взаимосвязи с частью 5 статьи 7 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации».«Российская газета» — Федеральный выпуск № 4515 от 10 ноября 2007 года.
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В. Д. Зорькина, судей Н. С. Бондаря, Г. А. Гаджиева, Ю. М. Данилова, Л. М. Жарковой, Г. А. Жилина, С. М. Казанцева, М. И. Клеандрова, Л. О. Красавчиковой, С. П. Маврина, Н. В.Мельникова, Н. В. Селезнева, А. Я. Сливы, В. Г. Стрекозова, О. С. Хохряковой, Б. С. Эбзеева, В. Г. Ярославцева, заслушав в пленарном заседании заключение судьи Г. А. Гаджиева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалоб граждан Ю. Ю. Колодкина и Ю. Н. Шадеева, установил:
1. Компания «Alu Process Holding Limited» — основной акционер ОАО «Сибирско-Уральская алюминиевая компания», на 1 июля 2006 года владевшая 96,31 процента его акций, 17 августа 2006 года направила остальным акционерам данного общества, в том числе гражданину Ю. Ю. Колодкину, которому принадлежало 55 614 обыкновенных акций, требование о выкупе принадлежащих им акций по цене, определенной независимым оценщиком и подтвержденной саморегулируемой организацией оценщиков. Решение о направлении требования было принято советом директоров ОАО «Сибирско- Уральская алюминиевая компания» 4 сентября 2006 года на основании положения части 5 статьи 7 Федерального закона от 5 января 2006 года № 7-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации», устанавливающего, что лицо, которое на 1 июля 2006 года является владельцем более чем 95 процентов общего количества обыкновенных акций и привилегированных акций открытого акционерного общества, в течение одного года со дня вступления в силу данной статьи в соответствии со статьей 848 Федерального закона «Об акционерных обществах» с учетом особенностей, установленных данной статьей, вправе потребовать выкупа принадлежащих иным лицам акций такого общества, а также эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции такого общества, путем направления владельцам ценных бумаг требования о выкупе ценных бумаг.
Ю. Ю. Колодкин, полагая, что в результате выкупа ценных бумаг были нарушены его законные права и интересы как акционера, обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском к ОАО «Сибирско-Уральская алюминиевая компания» и компании «Alu Process Holding Limited» о признании недействительными решения совета директоров ОАО «Сибирско-Уральская алюминиевая компания» и сделки-требования о выкупе ценных бумаг. Отказывая решением от 30 января 2007 года в удовлетворении иска, Арбитражный суд Свердловской области исходил из того, что выкуп акций осуществлен в соответствии с частью 5 статьи 7 Федерального закона от 5 января 2006 года N 7-ФЗ и статьей 848 Федерального закона «Об акционерных обществах» и что права истца ни решением совета директоров, ни самим требованием о выкупе не нарушаются; что касается цены выкупаемых акций, то этот вопрос должен рассматриваться при предъявлении другого иска — о возмещении акционеру убытков, причиненных ненадлежащей оценкой.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Ю. Ю. Колодкин утверждает, что положения статьи 848 Федерального закона «Об акционерных обществах», которыми регулируется выкуп ценных бумаг открытого акционерного общества по требованию лица, владеющего более чем 95 процентами акций данного общества, нарушают его права и свободы, гарантированные статьями 19 (часть 2), 35 (часть 3), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения не предполагают ни эффективный судебный контроль при лишении мажоритарным акционером в одностороннем внесудебном порядке собственника — миноритарного акционера принадлежащих ему акций, ни равноценное возмещение их стоимости; право акционера на оспаривание суммы оценки выкупаемых акций не является надлежащей гарантией права собственности миноритарного акционера, поскольку, во-первых, суд оценивает только цену выкупа, не проверяя законность самого выкупа акции, а во-вторых, оспаривание оценки процедуру выкупа не приостанавливает; положения статьи 848 Федерального закона «Об акционерных обществах» не предполагают какой-либо судебный контроль за процессом принудительного выкупа, а предусмотренный ими последующий судебный контроль выкупной цены (оценки) акций является неэффективным; данные законоположения не позволяют акционеру, получившему требование о принудительном выкупе акций, оспорить сам выкуп (лишение его имущества), поскольку закон предоставляет ему возможность предъявить лишь иск о возмещении убытков, причиненных в связи с ненадлежащим определением цены выкупаемых ценных бумаг; при этом обращение акционера в суд с иском об оспаривании оценки не позволяет предотвратить или хотя бы приостановить лишение его имущества.
С аналогичной жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации обратился гражданин Ю. Н. Шадеев — акционер ОАО «Манежная площадь», которому было направлено требование другого акционера, владеющего более чем 95 процентами акций данного общества (ООО «Гранит»), о выкупе принадлежащих ему акций в соответствии со статьей 848 Федерального закона «Об акционерных обществах». По мнению заявителя, положения статьи 848 Федерального закона «Об акционерных обществах», предоставляя владельцу более 95 процентов акций общества право выкупать принадлежащие другим акционерам акции без их согласия, нарушают его права и свободы, гарантированные статьями 35 (части 1, 2 и 3) и 55 Конституции Российской Федерации.
2. По смыслу статьи 848 Федерального закона «Об акционерных обществах», преобладающий акционер-инвестор, владеющий более чем 95 процентами общего количества акций открытого акционерного общества, вправе — в целях обеспечения возможности принятия стратегических управленческих решений — осуществить принудительный выкуп акций, принадлежащих миноритарным акционерам, только в том случае, если корпоративный контроль над акционерным обществом был установлен посредством сделанного публично предложения о приобретении акций на основе прямых инвестиций, т.е. практически после определения их рыночной стоимости.
Дополнительно к этому часть 5 статьи 7 Федерального закона от 5 января 2006 года № 7-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации» предоставляет право в течение одного года с 1 июля 2006 года — дня вступления в силу статьи 848 Федерального закона «Об акционерных обществах» осуществить принудительный выкуп акций открытого акционерного общества, принадлежащих миноритарным акционерам, такому мажоритарному акционеру, который на этот момент уже являлся владельцем более чем 95 процентов общего количества обыкновенных акций и привилегированных акций данного общества, т.е. приобрел их не в результате публичного предложения, что обусловливает необходимость выявления действительной рыночной стоимости выкупаемых акций иными способами, нежели через их открытый оборот на рынке ценных бумаг.
Как следует из представленных материалов, требования о выкупе ценных бумаг были предъявлены Ю. Ю. Колодкину и Ю. Н. Шадееву преобладающими акционерами — компанией «Alu Process Holding Limited» и OOO «Гранит» на основании указанных взаимосвязанных норм. Соответственно, согласно части 3 статьи 74 и части 1 статьи 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», именно регулирование, содержащееся в статье 848 Федерального закона «Об акционерных обществах» и части 5 статьи 7 Федерального закона от 5 января 2006 года № 7-ФЗ, было применено в делах заявителей и фактически является предметом их обращения в Конституционный Суд Российской Федерации.
3. Институт принудительного выкупа акций открытого акционерного общества введен Федеральным законом от 5 января 2006 года № 7-ФЗ, дополнившим Федеральный закон «Об акционерных обществах» главой 12 «Приобретение более 30 процентов акций открытого общества», нормы, которой регулируют отношения акционерной собственности в целях упорядочения объективно протекающих процессов концентрации капитала в открытых акционерных обществах.
В условиях, когда преобладающий акционер-инвестор, имеющий намерение осуществлять дальнейшее инвестирование в развитие и модернизацию производства, освоение новой конкурентоспособной продукции и заинтересованный в повышении эффективности корпоративного управления открытым акционерным обществом, фактически самостоятельно определяет стратегию его развития, необходимо установление в законодательном порядке баланса законных интересов, с одной стороны, мажоритарного акционера, которому предоставлено право принудительного выкупа акций, и самого акционерного общества, которое стремится к снижению своих издержек, и, с другой стороны, миноритарных акционеров, чьи права собственности затрагиваются принимаемыми решениями по управлению обществом.
4. В Постановлении от 24 февраля 2004 года № 3-П по делу о проверке конституционности норм Федерального закона «Об акционерных обществах», регулирующих порядок консолидации размещенных акций акционерного общества и выкупа дробных акций, Конституционный Суд Российской Федерации, исходя, в частности, из положений статьи 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда, а принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения, пришел к следующим выводам.
В случаях принудительного изъятия имущества у собственника — независимо от оснований такого изъятия — должен осуществляться эффективный судебный контроль, который может быть либо предварительным, либо последующим и служит гарантией конституционного принципа неприкосновенности собственности; употребленный в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации термин «лишен» означает принудительный характер прекращения права частной собственности и предполагает наличие спора, что в обязательном порядке требует судебного контроля.
В силу особенностей предпринимательской деятельности в форме акционерного общества основанием для отчуждения у части акционеров принадлежащего им имущества могут быть интересы акционерного общества в целом — в той мере, в какой оно действует для достижения общего для акционерного общества блага.
Поскольку в процессе предпринимательской деятельности акционерного общества могут сталкиваться интересы кредиторов и акционеров, акционеров и менеджмента, акционеров — владельцев крупных пакетов акций и миноритарных акционеров, одной из основных задач законодательства об акционерных обществах является обеспечение баланса их законных интересов с учетом того, что Конституция Российской Федерации закрепляет принцип, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3), и гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (статья 46, часть 1). Право на судебную защиту предполагает конкретные гарантии его реализации и обеспечение эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости.
Определив, что принудительное отчуждение имущества при условии предварительного и равноценного возмещения возможно не только для государственных нужд, но и в случаях, когда оно осуществляется в целях «общего для акционерного общества блага», и что в этих случаях вмешательство в право собственности акционеров открытого акционерного общества носит оправданный, не противоречащий Конституции Российской Федерации характер и допускается только при наличии эффективных правовых средств, направленных на преодоление конфликта интересов преобладающего и миноритарных акционеров, Конституционный Суд Российской Федерации, таким образом, расширил границы применения гарантий права частной собственности, содержащихся в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Отмечая важность и значимость судебного контроля за соблюдением процедуры проведения консолидации акций путем их выкупа, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что суды призваны обеспечивать эффективную защиту прав и свобод акционеров, а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых советом директоров и общим собранием акционеров, которые обладают самостоятельностью и широкой дискрецией в сфере бизнеса; следовательно, суды, осуществляя по жалобам акционеров и обладателей дробных акций контроль за решениями органов управления акционерных обществ, не оценивают экономическую целесообразность предложенного варианта консолидации акций, в том числе поскольку в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.
Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что в силу конституционных принципов правового государства и неприкосновенности частной собственности решения о консолидации акций должны приниматься в надлежащей юридической процедуре, предполагающей соблюдение требований закона на каждом из необходимых ее этапов и осуществляемой в разумные сроки — в целях защиты прав миноритарных акционеров как слабой стороны в корпоративных отношениях, при эффективном судебном контроле.
5. Приведенные правовые позиции в полной мере распространяются на регулирование, содержащееся в статье 848 Федерального закона «Об акционерных обществах» и части 5 статьи 7 Федерального закона от 5 января 2006 года № 7-ФЗ, регламентирующих институт принудительного выкупа акций открытого акционерного общества лицом, владеющим более чем 95 процентами его акций.
Предусмотренное ими ограничение прав владельцев выкупаемых ценных бумаг преследует законную цель достижения общего для открытого акционерного общества интереса, содержанием которого является эффективное управление обществом. Исходя из логики развития корпоративного законодательства, потребностей правовой политики законодатель вправе на основе оценки значимости конкурирующих законных интересов преобладающих акционеров и владельцев принудительно выкупаемых акций отдать предпочтение интересам преобладающего акционера в случаях, когда общее ничтожно малое количество выкупаемых акций, принадлежащих миноритарным акционерам, не позволяющее им даже совместно оказывать какое-либо влияние на управление обществом, в то же время не исключает возможность неодобрения ими сделок, в заключении которых заинтересованы общество, преобладающий акционер и его аффилированные лица. Иначе существенный дисбаланс в объеме прав, обязанностей и ответственности преобладающего акционера, с одной стороны, и остальных акционеров — с другой, приводит к снижению эффективности управления обществом.
Положения статьи 848 Федерального закона «Об акционерных обществах» и части 5 статьи 7 Федерального закона от 5января 2006 года N 7-ФЗ являются, таким образом, соразмерным ограничением прав миноритарных акционеров и не могут расцениваться как нарушающие статью 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку право, предоставленное ими преобладающему акционеру, обеспечивает не только его частный интерес, но одновременно и публичный интерес в развитии акционерного общества в целом.
6. Эффективной гарантией соблюдения баланса интересов участников соответствующих правоотношений в процедуре принудительного выкупа акций и, следовательно, защиты прав миноритарных акционеров является осуществление всестороннего судебного контроля за указанной процедурой, который в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 24 февраля 2004 года № 3-П, подразумевает как оценку правильности определения цены выкупаемых акций и наличия убытков у истца, причиненных в связи с ненадлежащим ее определением, так и исследование связанных с принудительным выкупом или возникновением права на такой выкуп фактических обстоятельств, могущих свидетельствовать о существенном нарушении требований закона или о злоупотреблении правами и влиять на установление справедливой цены за выкупаемые акции.
Только при соблюдении судами названных требований предусмотренные законом процедуры обжалования законности решений о принудительном выкупе и обращения с иском о возмещении убытков, причиненных в связи с ненадлежащим определением цены выкупаемых акций, могут признаваться эффективным средством судебной защиты прав владельцев выкупаемых акций. Что касается оспаривания в арбитражном суде права на принудительный выкуп акций, отсутствие которого, по мнению гражданина Ю. Ю. Колодкина, свидетельствует о нарушении его конституционного права на судебную защиту, то разрешение данного вопроса в процедуре арбитражного судопроизводства означало бы проверку норм федерального закона, закрепляющих само это право, арбитражным судом, что к его полномочиям не относится.
7. В жалобе Ю. Ю. Колодкина указывается также на неэффективность административного контроля за процессом принудительного выкупа акций: по его мнению, такой контроль сводится к формальной проверке соответствия требования о выкупе ценных бумаг Федеральному закону «Об акционерных обществах» федеральным органом исполнительной власти по рынку ценных бумаг, который, выявив нарушение, направляет лицу, представившему требование, предписание о необходимости его согласования с нормами названного Федерального закона. В подтверждение своей позиции заявитель ссылается на то, что Федеральная служба по финансовым рынкам, признав нарушением Федерального закона «Об акционерных обществах» непредставление компанией «Alu Process Holding Limited» копии документа, содержащего результаты экспертизы оценки рыночной стоимости одной обыкновенной акции ОАО «Сибирско-Уральская алюминиевая компания», отвечающей требованиям законодательства, в том числе Федерального закона от 29 июля 1998 года «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», трижды (1 сентября и 18 декабря 2006 года, 10 января 2007 года) направляла в адрес компании соответствующие предписания, которые, однако, ею исполнены не были.
Согласно части 7 статьи 7 Федерального закона от 5 января 2006 года № 7-ФЗ при определении цены выкупаемых ценных бумаг в случаях, предусмотренных данной статьей, обязательными являются привлечение независимого оценщика для определения стоимости таких ценных бумаг и подтверждение этой стоимости саморегулируемой организацией оценщиков — некоммерческой организацией, созданной в целях регулирования и контроля оценочной деятельности и включенной в единый государственный реестр саморегулируемых организаций оценщиков, ведение которого осуществляется федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным Правительством Российской Федерации (статьи 19 и 22 Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации»). Между тем единый государственный реестр саморегулируемых организаций оценщиков, с даты включения в который некоммерческая организация приобретает статус саморегулируемой организации оценщиков, до настоящего времени не создан.
Федеральная служба по финансовым рынкам, которая как федеральный орган исполнительной власти по рынку ценных бумаг согласно статье 849 Федерального закона «Об акционерных обществах» осуществляет государственный контроль за приобретением акций открытого акционерного общества, в рамках установленных законом полномочий должна наряду с арбитражными судами обеспечивать соблюдение законных интересов преобладающих акционеров, с одной стороны, и владельцев принудительно выкупаемых акций — с другой. При рассмотрении в суде споров по искам или заявлениям о защите прав и законных интересов инвесторов она вправе вступить в процесс по своей инициативе для дачи заключения по делу в целях осуществления возложенных на нее обязанностей и для защиты прав инвесторов — физических лиц и интересов государства (пункт 1 статьи 14 Федерального закона от 5 марта 1999 года «Озащите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг»).
При этом как арбитражные суды, так и Федеральная служба по финансовым рынкам как органы государственной власти, для которых решения Конституционного Суда Российской Федерации, а следовательно, и изложенные в них правовые позиции являются обязательными (статья 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»), должны исходить из необходимости обеспечения баланса между перераспределением акционерной собственности и ее стабильностью с помощью надлежащих юридических процедур, судебного контроля и равноценного возмещения при лишении собственника имущества, что позволяет снизить социальные издержки, связанные с перераспределением акционерной собственности (пункт 5.2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2004 года № 3-П).
Кроме того, необходимо учитывать, что оценка стоимости принудительно выкупаемых акций независимым оценщиком, как это предусмотрено статьей 7 Федерального закона от 5 января 2006года № 7-ФЗ, отличается от основанного на последовательном применении принципа свободы договора рыночного определения цены акции (т.е. в процессе обращения акций на полностью неискаженном рынке ценных бумаг): с одной стороны, утрата миноритарными акционерами корпоративного контроля уменьшает стоимость принудительно выкупаемых акций, с другой стороны — получение акционером, имеющим право на принудительный выкуп, всеобъемлющего контроля над деятельностью общества способствует повышению их стоимости. При этом возрастает значение субъективных факторов оценки стоимости выкупаемых акций в ущерб объективным ее показателям и, следовательно, не во всех случаях может быть обеспечено определение действительной стоимости акций и соответственно установление их справедливой цены.
Такие неблагоприятные имущественные последствия, связанные с принудительным выкупом акций у миноритарных акционеров, не должны непропорционально и несправедливо перелагаться при рассмотрении соответствующих споров на них как слабую сторону в возникающих правоотношениях, что, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 23 февраля 1999 года № 4-П, требует от законодателя, исходя из существа этих правоотношений, не только формального признания юридического равенства сторон, но и предоставления определенных преимуществ экономически слабой и зависимой стороне.
Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктами 2 и 3 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:
1. Взаимосвязанные положения статьи 848 Федерального закона «Об акционерных обществах» и части 5 статьи 7 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации» предполагают, что принудительный выкуп акций у миноритарных акционеров осуществляется в надлежащей юридической процедуре, с соблюдением требований законодательства на каждом из необходимых ее этапов, в разумные сроки и при обеспечении эффективного судебного контроля — в целях защиты прав миноритарных акционеров как слабой стороны в корпоративных отношениях, чем обусловливается обязательность исследования судами, рассматривающими дела об оспаривании решений, касающихся принудительного выкупа акций или возникновения права на него, а также о возмещении убытков, причиненных в связи с ненадлежащим определением цены выкупаемых акций, всех обстоятельств, которые могут свидетельствовать о существенном нарушении требований законодательства или о злоупотреблении правами и тем самым влиять на установление справедливой цены за выкупаемые акции.
Конституционно-правовой смысл указанных законоположений, выявленный Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Определении на основе правовых позиций, выраженных им ранее в сохраняющих свою силу постановлениях, является общеобязательным и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.
2. Признать жалобы граждан Ю. Ю. Колодкина и Ю. Н. Шадеева не подлежащими дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителями вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.
3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данным жалобам окончательно и обжалованию не подлежит.
4. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Российской газете», «Собрании законодательства Российской Федерации» и «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».
Можно было бы подумать, что после потрясений 90-х годов период пирамид закончился, а россияне получили иммунитет к подобным аферам. Но такое заключение ошибочно. Финансовые рынки в современном мире быстро развиваются, возникают новые финансовые инструменты, а возможности средств телекоммуникации облегчают появлению новых мошеннических финансовых схем. Следует отметить, что финансовые пирамиды, как правило, возникают абсолютно легально. Законодательство бессильно противостоять им по простой причине: законотворчество является реакцией на определенные события. Поэтому законодательные акты запрещают не финансовую пирамиду, как таковую, а лишь финансовые схемы, наиболее часто используемые мошенниками. Пирамиды не исчезли, они мимикрировали, подстроились под современные условия. И подтверждением этого вывода стали недавние события – крах бизнес-клуба «РуБин» в Санкт-Петербурге и компании «Онега» в Тольятти.
Как уберечь себя и свои сбережения от мошенников? Как определить, какое из десятков предложений о финансовых услугах, представляет собой угрозу для вашего финансового благополучия? Есть ли у мошеннических финансовых схем присущие только им признаки?
Мы отвечаем – можно избежать ловушек, расставленных мошенниками. А предлагаемые ими схемы обладают специфическими отличительными признаками.
Модели и признаки пирамид
Для начала давайте разберемся, что же такое финансовая пирамида, как работает этот механизм? Все предельно просто. Жизнь пирамиды можно условно разделить на три этапа. Сначала, на этапе строительства пирамиды, в компанию поступают большие вложения. Значительная часть этих денег сразу уходит в карман организаторов. Затем – на втором этапе - вкладчики обращаются в пирамиду за получением процентов. В некоторых случаях им выплачивают часть обещанных денег. Но чаще всего долг пирамиды растет с невероятной скоростью. Последний этап – пирамида объявляет себя банкротом. Финансовая пирамида неизбежно погибает, а вместе с ней пропадают все вклады. Становясь членом такой организации, вы заведомо проигрываете. Финансовых пирамид существует огромное множество. Рассмотрим три самых распространенных вида.
Первый вид – это «Клубы». О таком клубе можно услышать от знакомых. Человеку обещают высокий доход, но перед этим предлагают заплатить большой вступительный взнос. Новички вносят деньги, за счет которых и получают доход другие участники. В определенный момент выплаты прекращаются, а клуб исчезает. В результате, полученная вкладчиками сумма, гораздо ниже первоначального вклада. Люди, которые пришли в эту компанию позже всех, остаются ни с чем.
Второй вид – финансовые пирамиды, замаскированные под «инвестиционную» деятельность. Подобные организации часто обнаруживаются среди религиозных школ и сект. Мошенники воздействуют на новичков разными способами: уговорами, внушением, запугиванием. Инвестиции объясняют необходимостью продолжения «благого дела». Но взносы идут не на благотворительность, а перечисляются на счета организаторов.
Третий вид – так называемые торговые компании. О возможности покупки человек узнает через Интернет или бумажный каталог. Ему предлагают купить какую-то вещь по очень низкой цене. А если он привлечет к покупке кого-то еще, то получит товар абсолютно бесплатно. Клиент платит, но либо ничего не получает, либо ему доставляют некачественную продукцию. Выяснить, кто именно получил деньги, бывает очень сложно.
Признаки мошеннических финансовых схем
1. Агрессивная реклама в средствах массовой информации и Интернете, обещающая процентные выплаты по привлеченным средствам по ставке, заведомо выше средней по рынку заимствований. Тот же БК «РуБин» обещал 50% годовых, в то время как средняя ставка по банковским вкладам колебалась в пределах 6-8 % годовых, а ПИФы давали не более 12%. Компания «Онега» из Тольятти предлагала только 4% … в месяц! Если посчитать, получается 60% годовых. Неужели эти цифры не вызывали сомнений?
2. Вложения, которые невозможно проверить, предлагаемые под видом "новых", незнакомых инвестору финансовых услуг, якобы обеспечивающих необычно высокую доходность и надежность. У «РуБина» это была «золотая жила, обещающая 100% гарантию вложений бизнес-клуба, в виде судовой компании «Ocean View Project Ltd.». Многие мошеннические схемы предлагают вкладчикам различные экзотические проекты. Это может быть обещание построить гостиницу в Дубаи, или на Каймановых островах, рассказ о добыче алмазов в Албании или золота в Перу. При этом вкладчику внушают мысль об его исключительности, принадлежности к кругу избранных.
Если компании заявляют о том, что будут инвестировать ваши деньги за морями-океанами - насторожитесь. Это очевидный сигнал тревоги, надо бежать из этой компании.
3. Чехарда с названиями. Этот прием не нов,достаточно вспомнить «Социальную инициативу». Это была группа компаний – общим числом около 10. Они использовали разные организационно-правовые формы – и «партнерство», и «Общество с ограниченной ответственностью», и «Закрытое акционерное общество». Когда человек подписывает договор, то он на эти «приставочки» – ЗАО, ООО - просто не обращает внимание. «Социальная инициатива» - она и есть «Социальная инициатива». А когда она рухнула и стали разбираться в договорах, оказалось, что люди давали деньги одной компании, потом их просили перезаключить договор уже с другой компанией.
Инвесторам БК «Рубин» предлагали вложить деньги в бизнес-клуб «Рубин», а юридический договор заключить с ООО «Сан». И люди, не задумываясь о последствиях, так и поступали. А подозрения должны были закрасться уже на этом этапе. На подобные моменты - когда возникает путаница в названиях, когда разные организации участвуют в одном проекте или компании разные, но название у них одинаковое - следует обращать особое внимание. Читайте внимательно то, что Вам предлагают подписать.
4. Создание эффектной и максимально правдоподобной легенды капиталовложений. Основной целью данного приема являлось создание иллюзии глубокой продуманности и научной обоснованности инвестиционной политики компании. Причем, человеку, не владеющему основами финансовых знаний, сложно отличить проспект с диаграммами и графиками мошенников от аналогичного печатного продукта серьезной финансовой компании. Например, на сайте БК «Рубин» и в издаваемом им журнале можно было прочитать, что структура инвестиций распределялась следующим образом: земля – 65%, недвижимость – 20%, рынок ценных бумаг – 10%, бизнес-проекты – 5%.
5. «Матричная схема». Организатор схемы продает покупателям товар со скидкой, причём скидку, предоставленную «старым» (присоединившимся раньше к схеме) участникам схемы, организатор компенсирует из средств, полученных от «новых» (присоединившихся позже) участников схемы. Матричная схема похожа на финансовую пирамиду. Участники схемы добавляются в очередь за товаром в порядке их присоединения к схеме. Затем они получают товар в порядке этой же очереди. Цена, по которой продаётся товар в матричной схеме, ниже рыночной, поэтому собранных с покупателей денег никогда не хватит, чтобы произвести или купить товар для всех покупателей. Поэтому товар отдаётся только первым по списку покупателям, а остальные ждут прихода в схему новых людей и новых вложений. Таким образом, период времени между оплатой покупки и получением товара в матричной схеме больше, чем при обычном способе производства или торговли. Организатор схемы обычно успокаивает покупателей, списывая задержки на проблемы при доставке или на проблемы производства, причём скидку, предоставленную «старым» (присоединившимся раньше к схеме) участникам схемы, организатор компенсирует из средств, полученных от «новых» (присоединившихся позже) участников схемы.
6. «Партнерские программы». В чем-то они похожи на «матричную схему». Их смысл в том, что человеку, назовем его N. - уже вложившему деньги, предлагают «привести» в компанию своих друзей, знакомых и незнакомых людей – и за каждого будет выплачено вознаграждение. Более того, когда эти знакомые и незнакомые начнут, в свою очередь, приводить других знакомых и незнакомых, то с каждой «головы» N, оказавшийся во главе этой цепочки, тоже получает свою долю. Так, например, за привлечение инвестора с 30 тысячами рублей, БК «Рубин» выплачивал N премию в 5400 рублей. Когда выстраивалась цепочка из нескольких вкладчиков, каждый из которых принес компании свои 30 тысяч, то стоящий во главе этой цепочки N., «начиная с 6 и всех последующих «приглашенных» получал премию 1500 рублей в месяц» за каждого. После привлечения 10 человека полагалась премия в 25 000 рублей.
По подобной схеме работала и тольяттинская «Онега». Правоохранительные органы пока не могут установить, в течение какого срока она изымала денежные средства у населения. Показания потерпевших расходятся, кто-то говорит, что сотрудничал с «Омегой» 3 года, а кто-то – 5 лет. Однако, документарно этот вид деятельности можно проследить лишь за последние полтора года. Самое удивительное, что клиенты компании подписывали лишь один документ - договор на одном печатном листе формата А4, заверенный лично руководителем «Онеги». Ни чеков, ни квитанций, ни расписок при вложении и снятии средств не выдавалось. Изначально вкладчиками «Омеги» становились люди, лично знавшие Соколова, и попасть в круг избранных можно было только по рекомендации. На сегодня число пострадавших от деятельности «Омеги» приближается к 5000 человек.
7. «Эффект толпы». Следует особо отметить, что сегодня «изъятие денег у населения» обставлено с использованием новейших научных разработок. Начинается все с того, что человека приглашают посетить собрание элитарного бизнес-клуба. Как правило, такое предложение исходит от того, кому привыкли доверять — родственника или друга. До начала собрания предлагают чай, кофе и пирожное. Для всех приглашенных — совершенно бесплатно. Чаем и кофе собравшихся поили не из чувства гостеприимства. Как показали исследования экспертов, во многих случаях в напитки подмешивали психотропные вещества. Они помогали делу — человек становился возбужденным и самоуверенным, легко расставался с деньгами. Достать же такие препараты, в общем, не сложно.
На собрании человека сразу окружают хорошо одетые и уверенные в себе люди, которые начинают обработку человека с использованием методик нейро-лингвистического программирования. Хочешь разбогатеть — вступай к нам в клуб, говорят они. Так называемый «эффект толпы» уже давно изучен, и аферистами успешно используется. Человек, часто неожиданно для себя, начинает подражать окружающим. С самого начала его вовлекают в тщательно разработанный сценарий. В фойе звучит тихая музыка. За звуковым пультом сидит сотрудник организации - ждет момента, когда люди получат документы, и включает музыку. На полную громкость. Экспертиза изъятых в разных уголках России компакт-дисков показала: музыка, звучащая в залах во время сеанса, специфическая. На мелодию наложены частоты, почти не слышимые, но вызывающие непонятное беспокойство как раз тогда, когда надо принимать решение.8. Выплата дохода и возврат инвестированных средств на начальном этапе с целью формирования у инвестора заключения о честности и респектабельности компании.Этот элемент является одним из важнейших. Инвестор, вложив небольшую сумму на незначительный срок и получив ее обратно с обещанным доходом, убеждался в платежеспособности компании. В дальнейшем он регулярно увеличивал суммы вкладов и сроки вложения. В итоге, информация о выгодности инвестиций и надежности компании распространялась методом «сарафанного радио» среди потенциальных инвесторов, побуждая их принять участие в финансовых операциях
9. Создание иллюзии защищенности инвестиций за счет организации многочисленных страховых компаний, которые, оказывались неплатежеспособными. Тот же «Рубин» в своих рекламных материалах и в общении с инвесторами особо подчеркивал, что в январе 2008 года ООО "САН" заключило договор со страховой компанией "Реал" о страховании финансовых рисков инвесторов со страховым покрытием в 1 млрд рублей. (В реестре страховых компаний под названием "Реал" числится только одна компания, зарегистрированная по адресу - Московская обл., г.Красногорск, ул. Карбышева, д.19 а. Причем, сотрудники компании «Реал» утверждают, что не имеют с ООО "САН" ничего общего.
В 1995 году был создан Федеральный общественно-государственный фонд по защите прав вкладчиков и акционеров. Его учредителями со стороны государства стали Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом и Российский фонд федерального имущества, а со стороны общественности – Всероссийская ассоциация общественных объединений по защите прав вкладчиков и акционеров «Вкладчики России», Межрегиональная общественная организация «Ассоциация частных инвесторов», Общественная организация Ассоциация по защите прав вкладчиков ИЧП «Властилина». Надзор над деятельностью Фонда осуществляет Попечительский совет. В его состав входят по одному представителю от каждого из учредителей. Исключительной компетенцией Попечительского совета, согласно Уставу Фонда, является определение категорий обманутых вкладчиков, которым должны осуществляться компенсационные выплаты, а также порядка определения размера компенсационных выплат. Информация формируется на основании сведений, представляемых государственными, правоохранительными и судебными органами, а также инициативными группами, общественными организациями и объединениями вкладчиков и акционеров.
Средства Фонда
Изначально основным источником выплат были средства, поступавшие от приватизации. Но вскоре стало очевидно, что при ущербе, который оценивался в десятки триллионов рублей, полностью рассчитаться со всеми пострадавшими только за счет этих денег вряд ли удастся. Поэтому было принято решение передать средства Фонда в доверительное управление для увеличения капитала. Тендер на управление выиграли две наиболее авторитетные управляющие компании. Вскоре за счет мастерской работы на фондовом рынке активы Фонда были увеличены в несколько раз. Начиная с 2001 года организация ничего не получает из внешних источников и производит выплаты только за счет прироста собственных средств, вложенных в ценные бумаги.
Категории вкладчиков, имеющих право на компенсацию
В соответствии с решением Попечительского совета от 22 августа 1997 года, Фонд стал проводить компенсационные выплаты обманутым вкладчикам-инвалидам ВОВ I группы. Позже Попечительский совет принял решения о начале компенсационных выплат не только вкладчикам-инвалидам ВОВ I группы (I категория), но также вкладчикам из других социально незащищенных категорий.
В марте 2006 года было принято решение об увеличении максимального размера компенсации до 10 тысяч рублей, а Ветеранам и инвалидам Великой Отечественной войны - до 50 тысяч рублей. Кроме этого, право на получение компенсации получили наследники умерших вкладчиков – либо назначенные завещанием, либо – наследники по закону первой очереди.
Список фирм, по которым проводятся выплаты, регулярно пополняется. Фонд постоянно собирает сведения о компаниях, в отношении руководителей которых возбуждены уголовные дела или ведется гражданское судопроизводство. Фонд обеспечивает общественные организации и региональные фонды методическими и информационными материалами и с их помощью выявляет новую информацию о мошеннических компаниях и активах, о вкладчиках и акционерах, чьи права на финансовом или фондовом рынке были нарушены.
В Москве регистрацию вкладчиков для получения компенсаций из средств Федерального общественно-государственного фонда по защите прав вкладчиков и акционеров ведет <Некоммерческий фонд «Центр инвестиционного просвещения»>. Если вы - не житель Москвы, то узнать, какая компания занимается компенсационными выплатами, вы можете либо в администрации родного города, либо на сайте Фонда в Интернете: http://www.fedfond.ru
Следует понимать, что организации, совершающие выплаты – это всего лишь посредники между государством и вкладчиками. Никакого отношения к компаниям-мошенникам, включенным в список Фонда, они не имеют.
Каким образом получить компенсацию?
Чтобы получить компенсацию, необходимо написать заявление установленной формы (см. Приложение ) и предоставить документы, подтверждающие ваше право на получение компенсации. Для регистрации при себе нужно иметь: - паспорт и его ксерокопию (страницы паспорта, содержащие сведения о Ф.И.О., годе рождения, прописке, данных старого паспорта); - подлинники договоров по компаниям; - сберкнижку и ее ксерокопию (лист с банковскими реквизитами). Ветеранам ВОВ необходимо предоставить удостоверение, а вдовам/вдовцам вкладчика свидетельство о браке и свидетельство о смерти. Если по вашему делу проводилось судебное разбирательство, то дополнительно предоставляются следующие документы: - копия договора с компанией; - решение суда и/или оригинал исполнительного листа, подтверждающие сумму вклада без процентов. Если документы поданы в ликвидационную комиссию: - заверенная копия договора с компанией; - выписка из реестра ликвидационной комиссии. Сумма начисленной компенсации поступает на ваш счет в Сбербанке России. Средства приходят на счет в среднем в течение 5-7 месяцев после подачи заявления.
Текст заявления
На этой странице мы публикуем письма, обращения, вопросы посетителей сайта, пострадавших от мошеннических финансовых схем, или имеющих основание предполагать, что существует подобная угроза их финансовым интересам. Всю корреспонденцию можно адресовать на info@gorodfinansov.ru
Вопрос задает: Камо Павлович
«У меня достаточно большой пакет акций Концерна "Гермес". Что с ним и выкупает ли кто-нибудь эти акции (именные). Когда-то, кажется, на Суворовской были новые управляющие, а что теперь?»
Ответ: Камо Павлович, здравствуйте!
По данным Федерального общественно-государственного фонда по защите прав вкладчиков и акционеров, ОАО "Концерн "Гермес" в 2001 году признано банкротом. Юридический адрес: ОАО "Концерн "Гермес": 109180, г. Москва, ул. Б.Полянка, 22. Решением Арбитражного суда г. Москвы от 11.09.2001 г. ОАО "Концерн "Гермес" признан несостоятельным (банкротом); было открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим был назначен Пономарев Валерий Владимирович. Ликвидационная комиссия работала по адресу: 105023, Москва, ул. Суворовская, д. 6. По сообщению Арбитражного суда г.Москвы (107802, Москва, ул. Н. Басманная, 10) 11.09.2002 г. конкурсное производство в отношении ОАО "Концерн "Гермес" завершено, компания ликвидирована.
Вкладчикам ОАО "Концерн "Гермес" компенсация из средств Федерального фонда не выплачивается, так как правоохранительными органами не установлены правонарушения в деятельности общества.
Вопрос задает: Качанова Александра Валентиновна
«Здравствуйте! У меня два вопроса: 1- куда обратиться в г. Липецке за компенсацией вклада в финансовую пирамиду - Русский дом селенга? 2- в каких соотношениях к вложенным деньгам будет выплачиваться компенсации? Если более конкретно, то у нас там на счете около 500000 рублей, сколько мы можем получить за них? С наилучшими пожеланиями, Александра».
Ответ: Александра Валентиновна, добрый день!
В г. Липецке компенсационными выплатами занимается «Липецкое областное объединение потребителей «Защита». Сумма компенсации по Вашему вкладу составит 500 рублей. Для получения компенсации потребуется предъявить паспорт, ксерокопию вашего вклада (только заполненные страницы), и сберегательную книжку. Обращаться следует по адресу: г. Липецк, пл. Плеханова, д. 1, ком. 516-Б. Контактный телефон: (4742)47-62-45
Вопрос задает: Анна В.
«В 1993 году обменяла ваучер на именные акции ЧИФа "Московская недвижимость". В соответствии с рекламной акцией, проводимой данной компанией по привлечению вкладчиков, речь шла о том, что вкладываясь в этот фонд мы вкладываемся в московскую недвижимость. Именно из этих соображений большинство вкладчиков отдало свои ваучеры именно этой компании. С тех пор цены на недвижимость в Москве выросли почти в 10 раз!!! А дивиденды мизерные. Так где же прибыль? Могу ли я судиться с МН фондом».
Ответ: Здравствуйте, уважаемая Анна!
В 90-е годы было множество компаний, единственной целью которых был сбор средств и последующее исчезновение. Каким-то компаниям это удавалось, а каким-то что-то помешало. И прежде, чем ответить на ваш вопрос о возможности судебного процесса с фондом «Московская недвижимость», хотелось бы сказать следующее. Данная компания, мягко говоря, не оправдала надежд своих акционеров. Нет никакой информации, о том, какую деятельность ведет данный фонд, но чисто юридически он существует. У него никогда не было и нет дивидендов. Здесь под дивидендами я понимаю деньги, которые бы соответствовали реалиям, а не те, в буквальном смысле копейки, которые выплачивает этот фонд (10 коп. за одну акцию). Очень сочувствую Вам, но стоит признать, что Вы просто сделали неудачное вложение. А теперь перейду к ответу на Ваш вопрос.
Судиться с компанией фонд «Московская недвижимость» (ОАО «МН-Фонд») Вы, конечно, можете, но, боюсь, что данный судебный процесс не даст положительных результатов. Объясню почему.
В соответствии со ст.42 Федерального закона «Об акционерных обществах», акционерное общество:
- во-первых, вправе, а не обязано выплачивать дивиденды;
- во-вторых, размер дивидендов не может быть больше рекомендованного советом директоров акционерного общества.
На основе вышесказанного можно сделать вывод о том, что, к сожалению, данный фонд не нарушал законодательство и суд не вынесет решение, удовлетворяющее Ваши желания. Заметьте, что все судебные издержки несет проигравшая сторона. А так как, процесс, в случае, если вы его начнете, будет для Вас явно проигрышным, данное судебное дело принесет Вам только убытки.
Вопрос задает: Лавр
«У меня имеются акции чекового инвестиционного фонда "МН ФОНД", приобретенные в 1993 году! Сколько сейчас стоит одна акция???»
Ответ: Здравствуйте!
Нет никакой информации, о том, какую деятельность ведет фонд «Московская недвижимость» (ОАО «МН-Фонд»), но чисто юридически он существует. Фонд выплачивает дивиденды, если их так можно назвать. На данный момент, к сожалению, это всего лишь 10 копеек за одну акцию. Если у Вас есть желание продолжить отношения с этой компанией, Вы можете произвести изменения в реестре акционеров для актуализации Ваших данных как акционера. Для этого Вам надо обратиться к реестродержателю ОАО «МН-Фонд», которым является ОАО "Регистратор Р.О.С.Т.". Контактную информацию реестродержателя Вы сможете узнать в ОАО «МН-Фонд», позвонив по телефону (495) 679-14-98. Более подробную информацию вы сможете узнать на Интернет-сайте ОАО «МН-Фонд» - http://www.mnfond.ru
Библиотека законов и нормативных актов


















